– Гм… Мне трудно будет собрать в короткое время такую сумму. Но я – попытаюсь.
– В принципе, тебе мой «товар» мог бы вообще бесплатно обойтись. Да еще и немного наварил бы.
– Что-то я не врубаюсь. – Стас недоумевающе взглянул на него. – Выражайся яснее!
– То, о чем ты у меня просишь, это так… семечки. У меня есть возможность добыть более серьезную информацию, но на нее нужен хороший… башлявый покупатель.
– Что за информация?
– Например, о деятельности сводной опергруппы «Мажейкяй», которую возглавляет наш с тобой общий знакомый Валенас…
Стас изумленно присвистнул… О том, что существует такая опергруппа, он не знал, хотя кое-что слышал о тесных связях того же старшего инспектора ССР Валенаса с руководителями службы безопасности компании «Мажейкю Ойл». Если сказанное Иваном правда, а это похоже на правду, то получается, что Валенас не столько расследует темные аферы, за которыми стоит нынешний менеджмент компании, сколько, выполняя заказ своих покровителей, пытается спрятать концы в воду… И он же, судя по всему, является посредником между СБ компании, которая сплошь состоит из бывших сотрудников литовских спецслужб, и группировкой Боксера…
– Еще какие-нибудь подробности, Иван?
– Больше не скажу ни слова. Эта информация стоит серьезных бабок.
Нужно найти покупателя на такой товар. Ты русский, у тебя есть связи в России, тебе проще будет это сделать.
На лице Нестерова появилась кривая усмешка. То, что предлагает ему этот жадный до денег мужик, тянет по литовским законам на очень серьезный срок, причем крайним здесь может оказаться именно Стас Нестеров, которого и без того спецслужбы разглядывают под микроскопом.
– А ты что, Иван, немец? – спросил он. – Ты тоже – русский, хотя и прикидываешься литовцем.
Взгляд его собеседника стал чуточку недовольным.
– Ладно… Считай, этого разговора у нас не было.
– Договорились, Иван. Но «компру» на Валенаса ты все же для меня подготовь.
После этого разговора, из которого он узнал о существовании группы «Мажейкяй», Нестеров решил наведаться на свою квартиру, чтобы захватить кое-какие вещи, прежде чем отправиться на хутор старой Онуте.
Он был уверен, что после побоища в Пабраде Легостаеву и другим уцелевшим «браткам» сейчас не до него, а потому не опасался, что на квартире его может ждать засада.
Но его расчеты оказались не верны, хотя Антон Легостаев в этом случае был совершенно ни при чем.
Стас подъехал к своей девятиэтажке на такси, поскольку еще не успел обзавестись «незасвеченным» транспортом.
Рассчитавшись с водителем, вышел из машины.
Одновременно с ним из другой машины, темно-серого «Лендровера» с тонированными стеклами, припаркованного здесь же, у подъезда, вышли двое мужчин в темных плащах.
– Одну минутку, – сказал один из них, преграждая Нестерову путь к подъезду. – Предъявите ваши документы, гражданин!
Взглянув в развернутое служебное удостоверение, свидетельствовавшее о принадлежности его владельца к Департаменту государственной безопасности Литвы, Стас, прежде чем забраться во внутренний карман, где у него лежали документы, счел нужным предупредить гэбистов об одной существенной детали.
– У меня ствол в наплечной кобуре.
– Мы знаем, – сказал литовский чекист. – Аккуратно извлеките из кобуры свой пистолет и передайте его мне.
Стас так и поступил.
Гэбист, передав нестеровский «ЧЗ» своему коллеге, опять посмотрел на него.
– Теперь документы!
Стас вручил ему свои водительские права и документ на право ношения личного оружия.
Пока гэбист сверял фото на водительских правах с оригиналом, Стас успел подумать вот о чем… Вильнюс – это не Москва, где практикуются повальные проверки документов. Многие люди здесь вообще не имеют привычки носить документы с собой. Если человек не нарушает закон, никому из сотрудников местных органов и в голову не придет подойти к нему на улице и потребовать предъявить паспорт или другое удостоверение личности… Но на Нестерова и его сотрудников, по-видимому, это негласное правило не распространяется.
– Станислав Нестеров? – подняв голову, спросил сотрудник ДГБ.
– Да, это я.
На запястьях Нестерова защелкнулись наручники.
– Вы арестованы, гражданин Нестеров.
Стас предполагал, что его отвезут на допрос в штаб-квартиру ДГБ, расположенную неподалеку от центрального проспекта Гядимино, но дело обернулось куда хуже.
СИЗО Лукишкес в литовской столице – это примерно то же самое, что Лефортово в Москве; то есть изолятор, где содержат особо опасных преступников либо лиц, подозреваемых в совершении тяжких преступлений против личности, общества или государства и находящихся в данный момент под следствием.