— Пару снимков сейчас сделаю, — Петер достал из бардачка увесистый черный фотоаппарат и снял с объектива крышку. — Пока сфотографирую этих типов, а потом может и их хозяин появится. У него другие охранники есть?
— Эти трое плюс еще один, есть ли другие — не знаю.
— Наверное, эти трое тоже воевали здесь в девяностые? — щелкнув несколько кадров, спросил имагинерский журналист.
— Да, а иначе, откуда здесь взяться арабам? После войны каждый из них нашел себе новое занятие — одни ушли в бандитское подполье, другие торговлей занялись, третьи живут на пожертвования из-за рубежа. Каждый выкручивается, как может.
— Скорее бы этот Абдулла вышел… — Петер опустил фотоаппарат на колени, наснимав охранников.
— А вы эти фотографии сразу опубликуете, Петер?
— Мы думаем для безопасности сначала дождаться моего отъезда. Посмотрим, как сложится обстановка. Меня, Алия, удивляет, что до сих пор никто из имагинерских журналистов не успел заснять Абдуллу.
— Видимо, вы самый смелый журналист в Имагинере, раз приехали сюда и снимаете его, — пошутил Алия.
— Или самый чокнутый, — улыбнулся Сантир. — О! Охранник иорданца вышел из пекарни, может сам Абдулла тоже сейчас высунется.
Фарис подошел к троице у лендровера и дал им какое-то короткое указание, после которого охранники сразу заскочили в головную машину. Личный телохранитель Абдуллы встал у правой дверцы второго лендровера и повернулся лицом к пекарне.
— Должно быть, сейчас и сам Абдулла выйдет, — предположил Алия, увидев суетню около машин.
— И, правда — вот он, — Петер поднял фотоаппарат и начал снимать Абдуллу, вышедшего через минуту из пекарни. Фарис открыл ему дверцу и хозяин с важным видом сел в свой бронированный автомобиль. — Алия, пора сматываться.
— Есть, — Маленович повернул ключ, но двигатель закряхтел лишь с третьей попытки, заставив двух журналистов здорово понервничать.
К счастью, охранники иорданца оказались не слишком бдительными и уехали, не заметив двух любопытных пассажиров в белой легковушке.
— Отлично, я снял автомойку, обменник, пекарню и самого Саллеха Абдуллу. Задача выполнена, при этом нас никто не заметил, — облегченно вздохнул Сантир и, завернув фотоаппарат в непрозрачный пакет, спрятал его обратно в бардачок.
— Сейчас можем сдать машину и угоститься кружкой пива в Старой Пивоварне. Это одно из немногих зданий, в которое за время войны не попало ни одного снаряда. Туда все туристы заходят. Что на это скажете, Петер?
— Голосую обеими руками «за». Надо обмыть это дело, — засмеялся Сантир.
— Чего-то твой деловой партнер третий день не звонит. Может, заподозрил чего? — лежа на своей кровати, сказал Михаель Каман и посмотрел на Дениса Хорха, разглядывающего городской пейзаж, раскинувшийся за окном гостиницы.
— Не знаю, Михаель. Он ведь не сказал, когда конкретно позвонит. Полковник новых указаний не давал, значит, ситуация пока остается без изменений, — не отрывая глаз от зеленых холмов вокруг города, в склонах которых гнездились множество домиков с красными крышами, ответил Хорх. — Будем ждать. Девять процентов от шести миллионов это не шутка. Зачем ему отказываться от таких легких денег?
— Да он и без нас их заработает.
— Такие, как он, за копейку удавятся. Наверняка позвонит. Если нет, тогда пусть коллеги придумывают, как его брать…
— Он, наверное, даже в туалет ходит с охраной. Не знаю, получится ли взять его без шума.
— Без понятий, — пожал плечами Хорх. — Вопрос в том, где он захочет со мной встретиться. Хорошо, если в гостинице. Если назначит встречу на своей территории, тогда задача усложняется. Не знаю, почему начальники так хотят заполучить его живым. Послали бы лучше снайпера и хлопнули бы его в два счета. Потом бы объявили, что уничтожили самого опасного террориста Имагинеры и все бы успокоились.
— Не забывай, что скоро выборы, правительство, наверное, хочет сделать себе пиар и судить Хафиза публично. Мол, он столько бегал, а мы его все равно поймали и накажем по всей строгости, — Каман прикрыл рот и зевнул.
— Да, наверное, так… Жалко, что нельзя посмотреть на город. Горы тут красивые, как у нас на курортах, — вздохнул Денис и повернулся к своему коллеге.
— Ага, сразу и не поверишь, что тут твориться такое. И зачем они вообще воевали друг с другом? В конце концов, страну все равно поделили пополам. Лучше бы мирно договорились и развивали бы туризм.
— Тебе это нужно было десять лет назад им сказать, — усмехнулся Хорх.