Сергей молчал, и каждая секунда его молчания душила Диму, который пытался восстановить дыхание и еле держался, чтобы не схватиться за сигареты. Ведь от ответа сына зависело многое, очень многое. Хотя, Дима не мог дать гарантии, что откажется от Сони, если вдруг Сергей будет против. Сейчас, когда Дима решил, что Соня ЕГО, он даже мнение сына готов был поставить на вторую ступень.
Настолько он хотел и себе немного счастья и любви.
— Не зна-а-аю, — протянул Сергей и уронил голову на ладони. Затем глухо проговорил: — Просто странно так все.
— Понимаю, Сергей, пониманию, — выдохнул Дима. Конечно, не стопроцентное одобрение, но все же не уход в полный отказ. А убедить колеблющегося сына Дима уж точно сумеет.
— А как же мама? — тихо спросил Сергей, снял бейсболку и взъерошил волосы пальцами. Этот жест, за которым часто ловил себя Дима, и неуверенный голос сына, ударили его в солнечное сплетение, перехватывая дыхание.
— Мама… Мы с ней прожили очень много хороших лет, Сергей. Я ее уважаю, — медленно начал Дима. — Но в жизни так случается, что…что-то меняется. Жизнь шагает вперед, дает нам уроки, меняет взгляды. Мы с твоей матерью были счастливы, когда ты у нас появился. Это самое счастливое событие в моей жизни, и в жизни мамы. Но сейчас, возможно, нам с ней надо идти разными дорогами. Ты всегда будешь с нами, Сергей, и мы всегда будем рядом. Если родители больше не живут вместе, это не значит, что у тебя не будет семьи. Или что кто-то из нас любит тебя меньше, — помолчал. — Сергей, я не хочу, чтобы ты думал плохо о Софье. Пойми, не она виновата в том, что происходит в нашей семье.
Сергей тяжело вздохнул.
— А когда мама приедет? — тихо спросил он и Дима стиснул руками руль. Все же не сдержался и прикурил сигарету.
— Через недельку. Она пока отдыхает.
— У нее телефон отключен, — пробормотал Сергей, и Дима возненавидел себя за эгоизм и ложь.
— У нее что-то со связью. Как только я свяжусь с ней, вы сможете поговорить.
— Ладно, — вздохнул Сергей и откинулся назад.
Дима докурил сигарету, когда пиликнул телефон. На экране высветилось сообщение от Стаса: «Вещи отвез. АВ не захотела говорить. Дома все спокойно».
Дима и не думал запирать или изолировать Алену. Продукты он не трогал, да и дверь оставил открытой. Стас каждый день заглядывал, чтобы проверить обстановку и завезти необходимые вещи. Да, Дима вывез все личные вещи из дома, приказал вылизать все комнаты, не оставив никаких мелочей, потому что был дико зол на Алену. Столько лет оберегая ее, обеспечивая, выполняя любой каприз, не смотря на ее непрекращающиеся измены, Дима хотел преподать ей урок. Чтобы Алена поняла, что не вещи и деньги делают человека тем, кто он есть.
Будет ли Алена скучать по сыну? Как скоро потянется к самому родному человеку? Захочет ли узнать, кто она под этими масками, скрытая за дорогими вещами и полным кошельком? Захочет ли узнать саму себя, посмотреть со стороны? Что будет ощущать, оставшись наедине сама с собой? Поймет ли она, что они с Димой совершенно разные люди и дальше им предстоит идти разными дорогами?
Черт его знает, поймет-не поймет. Дима настолько устал от этого груза, что он тащил на себе последние годы, что сейчас его не волновало ничего, кроме Сергея и Сони. И ради них Дима готов был очень многим пожертвовать.
Глава 18
— Высуньте язык.
…
— Поднимите руки.
…
— Встаньте на весы.
Соня подошла к электронным весам и увидела свой вес, который начинался на цифру «5». «Вот тебе и кексы на ночь и быстрые перекусы на работе», отчитала себя Соня.
— Как вы себя чувствуете? — спросила доктор Миллс, вводя данные об осмотре в компьютер.
— Вроде хорошо. Ничего не беспокоит. Сплю крепко, питаюсь хорошо, таблетки принимаю по часам, — отчиталась Соня.
— По прошлым анализам у вас отличные результаты, мисс Климова. Вирусная нагрузка держится на нуле, а иммунная система на отметке 714.
— Ну и слава богу, — выдохнула Соня, застегивая танкетки. — Я бы не хотела менять терапию. Знаете, заново привыкать к новым таблеткам очень тяжело.
— Я понимаю, все понимаю, — доктор Миллс отвлеклась от компьютера, сняла очки, повертела их в руках. Подняла спокойный прямой взор на Соню и спросила: — У вас есть постоянный половой партнер, мисс Климова?
— Нет, с прошлого раза ничего не изменилось, — покачала головой Соня, хотя, конечно же, при этом в голове проскочила мысль про господина Львова.
— Понятно, — кивнула головой доктор, затем произнесла твердым тоном: — Мисс Климова, я должна напомнить вам о том, что в случае сексуального контакта, вы обязаны сообщить партнеру о своем положительном статусе.
— Да, конечно, — удивилась Соня, заправляя футболку в летние брюки. — Доктор Миллс, я вас вижу чаще, чем своих родных или подруг. Так что не переживайте, у вас личное звание хранителя моих секретов, — улыбнулась Соня и доктор слегка улыбнулась в ответ.
— Я рада, что вы не теряете позитивный настрой. Просто… — чуть задумалась. — Я могу вам задать один вопрос?
— Да, конечно.
Доктор неловко поправила волосы, и Соня удивилась. Она приходила в эту клинику на протяжении трех лет, каждые три месяца, для осмотра и сдачи анализов. И всегда доктор Алисия Миллс была собрана, в меру строга, но при этом могла, не тратя лишних слов, поддержать и подбодрить пациента. А сейчас женщина казалась немного растерянной и задумчивой.
— Ну же, не томите, — подначила ее Соня. — Я не люблю таких долгих пауз. Обычно после этого идут не самые утешительные новости, — проговорила она, пытаясь скрыть волнение. Что может быть не так? Лечение не помогает? Но ведь анализы в норме…
— Вы не подумайте, что я лезу не свое дело, но спросить я все же должна, — ответила доктор. — Кем вам приходится мистер Львов?
Так-та-а-ак. Дмитрий Алексеевич и сюда успел сунуть свой длинный нос! Соня конечно подозревала, что Дима заглянул в интернет, почитал про ВИЧ, а может даже посидел на форумах, где толпа вирусированных делятся своими анализами и новостями. Но Соня не думала, что Дима заявится к ее личному врачу. Что он хотел выяснить? Не врет ли Соня про свои результаты? Чего еще ждать от Софьи Арнольдовны? Какие еще заразы она успела понахватать?!
— Он приходил к вам? — спросила Соня, стараясь сохранить ровный тон, что давалось очень трудно! Какого черта Дима без спроса лезет туда, куда его не звали? Какого черта возомнил себя хозяином ее жизни? Он и так слишком глубоко забрался в ее сердце, в ее мысли, в каждый уголок ее души. А теперь еще и это?!
— Софья, — мягко ответила доктор Миллс. — Он просто хотел узнать, что есть вирус, как он протекает. Как отражается на здоровье пациентов.
— А еще он наверняка спрашивал обо мне, — процедила Соня и провела ладонями по лицу и шумно выдохнула. — Чего он хотел? Заглянуть в мою карточку? — гневно спросила Соня. Доктор налила в стакан воды из диспенсера и протянула Соня.
— Он не пытался заглянуть в карточку. Просто спрашивал о вашем здоровье. Я, конечно же, ему ничего не сообщила. Но еще он интересовался общими вопросами, — доктор Миллс присела рядом с Соней на кушетку и задумчиво проговорила: — Софья, я конечно не могу судить о человеке с первого взгляда. Но мистер Львов искренне беспокоился о вашем здоровье.
— Да, конечно, — проговорила Соня, вертя в руках полный стакан. Она больше не могла находиться в этом кабинете, где белые стены будто сжимались и душили ее. Соня поставила на стол стакан, схватила сумку и направилась к двери. — Спасибо, доктор Миллс. До встречи через три месяца, — и вылетела из кабинета.
Соня выбежала из клиники, с одним лишь желанием — добраться до Димы и высказать ему все, что она думает о его самоуправстве, о его беспардонных поступках, о том, как он лезет туда, где его не ждут!
Что ж, видимо, высшие силы или черт на левом плече Сони, благоволили ей, так как, только выйдя из клиники, Соня сразу же увидела черный джип с Димой за рулем.