Где-то к концу ужина Соня вдруг почувствовала себя так, словно прямо сейчас на не нацелен дробовик. Это было странное ощущение, но даже не пугающее, а скорее будоражаще. Соне казалось, что она сидит с завязанными глазами, а по ее спине проводят холодным железным дулом винтовки. Но делает это не киллер, а мужчина, который после прижмется к выпрямленному позвоночнику горячими алчными губами.
Дима!
Он здесь!
Вот только где, здесь?! Или Соне точно пора ложиться в психушку, раз ей чудится знакомый силуэт любимого мужчины, что уже растворяется в толпе посетителей торгового центра?!
Соня шумно выдохнула и обмахнулась салфеткой. Почувствовала, что ей не хватает воздуха.
— Сонь, дорогая, ты как? — взволнованно спросила Мила и налила ей воды в стакан. — Ты словно призрак увидела.
— Да уж, точно призрак, — пробормотала хриплым голосом Соня и вскочила со стула. — Я в уборную, сполосну лицо.
И выскочила из ресторана, чтобы пойти в женский туалет торгового центра. Потому что не могла находиться в ресторане! Потому что ей нужен был воздух, пространство! Ей надо как-то прийти в себя!
Соня влетела в туалет и склонилась над раковиной. Прокрутила кран до упора и плеснула в лицо ледяной воды. Но даже это не помогло, потому что горячие слезы потекли из глаз, смешиваясь с ледяной водой, а дыхание перехватило от сдерживаемых рыдании.
Это странное ощущение до сих пор преследовало Соню и когда за спиной скрипнула дверь, Соня с тихим вскриком обернулась. Но не увидела никого. Видимо, она неплотно закрыла за собой дверь, когда заходила. Соня вновь обернулась к зеркалу и ужаснулась от того, каким отчаянием горят ее глаза.
Дима! Как же ей нужен Дима! Как же она по нему истосковалась! Когда?! Ну, когда эта боль пройдет и придет хотя бы малейшее успокоение?!
Соня еще раз сполоснула лицо и выдохнула. Ощущение прицела ушло, уступив место томному желанию, которое появилось, видимо, от нервного перенапряжения. Иначе как объяснить чувственное напряжение, что наполняет лоно? Откуда вдруг взялось это тягучее возбуждение, которое Соня испытывала только рядом с Димой? Никак по-другому, кроме как сумасшествием, Соня описать свое состояние не могла.
Дверь вновь распахнулась, и в этот раз Соня увидела Милу, с обеспокоенным лицом влетевшую в уборную.
— Сонь! Ты как? Ты что, плакала?
— Нет, Милка, не переживай, — усмехнулась Соня и вытерла лицо салфетками, что протянула ей Мила. — Это ПМС. Через пару дней цикл.
— Точно? — пытливо спросила Мила, не сводя с нее настороженного взора.
— Точно, точно. Ладно, пошли уже, а то Семен нас уже заждался.
Дима сидел в машине и курил сигарету, которая немного помогла сбросить напряжение, что он успел наработать, пока наблюдал за Соней в ресторане, а потом и вовсе додумался приоткрыть дверь уборной, лишь бы только с близи посмотреть на Соню…
Вот и увидел. Увидел ее слезы, услышал ее всхлипы и каждый этот звук резал Диму похлеще отточенного ножа.
Дима приложил все усилия, чтобы не ворваться в уборную, не развернуть Соню к себе. Чтобы впиться губами в ее дрожащие губы, не давая сделать ни вдоха, перехватывая удивленно-испуганный вскрик. Потом задрать ее голубой сарафан, разорвать трусики и ввести в ее горячее лоно палец, а лучше сразу два, до конца, до упора раздвигая влажные складки. А то, что оно моментально станет горячим и влажным, Дима прекрасно знал. Ведь как быстро Соня заводилась рядом с ним! Да и сам Дима напоминал порох рядом с барбариской, которому и искра не нужна, чтобы вспыхнуть.
Как бы он ее отымел там же, в туалете торгового центра! Усадил бы на холодную раковину, раздвинул ее стройные ноги, а затем с диким рыком вдолбил бы в нее свой, до сих пор стоящий, напряженный член. Так глубоко, чтоб дыхание перехватило у них обоих и искры полетели их глаз! И трахать Соню, быстро и грубо, в кулаке сжимая ее платиновые, уже короткие, локоны. Рывками вводить в ее узкую дырочку разгоряченный ствол. Сразу! Без подготовки! До конца, до болезненного вскрика из розовых губок! Трахать ее, мощно и упорно, долбить своим членом, чтобы никогда больше, мать ее, не вздумала от него убегать!
Потому что Дима уже на грани! Да он ахреневает от тоски и безумия без Сони! И все это приправлено жгучей похотью и алчной страстью, от которой даже сейчас член дергается в штанах, просится в горячее нутро, а уздечка звенит от напряжения, как и яйца, которые собрались и окаменели от одних только похотливых фантазии!
Дима наблюдал за тем, как Соня и Мила, увешанные пакетами, вышли из торгового центра и сели в машину с Семеном за рулем.
Да, Дима рисковал, следя за Соней. Но именно эта доза адреналина, впрыснутая в взбухшие вены, будоражила и подхлестывала и без того взведенное нутро. Тем более Дима знал, что сейчас Стас подменяет его в квартире, во всю имитируя занятость, на тот случай, если за Димой все-таки следят. Хотя Рома уверил, что хвоста нет, но подстраховаться стоило.
Черный джип выехал с парковки, и Дима проводил его взглядом. Он не поехал вслед за машиной. Потому что знал точный адрес, куда направляется троица. Также знал, что рядом с Алиевым Соня все-таки под защитой. А еще Дима знал, что его план уже приведён в действие.
Остается только переспать эту ночь.
А завтрашнюю ночь он проведет со своей Соней.
Глава 28
Сонька поправила узкий ремешок на бордовом пиджаке. У Милки, конечно, отличная фигурка, но грудь у нее точно на размер меньше, чем у Сони. Именно поэтому Соня в десятый раз сделала глубокий вдох, и каждый раз боялась, что натянутые пуговицы тонкого пиджака, который она одолжила у подруги, треснут под напором выпирающей груди.
Еще раз поправила непривычные короткие пряди. Сидя в кресле парикмахера, Соня вспомнила слова Димы в клубе: «У тебя слишком большая голова для короткой стрижки». «Будем считать это незримой местью для Дмитрия Алексеевича», злорадно ухмыльнулась Соня, любуясь стильным каре в огромном зеркале салона.
Хотя, какого черта она до сих пор каждый свой шаг соотносит с мнением Димы? Они же наверняка и не встретятся больше никогда…
Соня постаралась не забивать голову депрессивными мыслями и, сделав вдох, вошла в холл отеля «Foxtor», что стоял на набережной, и был знаменит сверкающими пятью звездами на фасаде и баснословными ценами за услуги. Подошла к стойке ресепшен.
— Добрый вечер. Могу я вам помочь? — спросил администратор за стойкой, и зубы его сверкнули в наработанной улыбке.
— Да, сегодня тут состоится встреча. Насколько я вижу по записям… — Соня пролистнула переписку в телефоне, — в зале «Alanda».
— Извините, ваше имя есть в списке посетителей?
— Да, да, конечно, — поспешно ответила Соня, достала из сумочки пропуск и показала его администратору. Соне почему-то показалось, что он сейчас вскрикнет: «А Суворова-то, ненастоящая!», и Соню тут же подхватят под белы ручонки и выпнут за эти огромные вращающиеся стеклянные двери.
Но молодой человек вновь машинально улыбнулся и кивнул.
— Подождите, пожалуйста, пару минут. Я позову супервайзера, и она проводит вас в зал.
Соня выдохнула и отошла от стойки, присела на короткий мягкий диван, обитый молочно-бежевой кожей. Все в этом отеле сверкало, блестело, и кричало о достатке и огромных возможностях тех, кто может позволить себе тут жить, или проводить встречи с партнерами, на одну из которых сегодня и пришла Соня.
Вновь поправила вначале пуговицы, а затем и короткие пряди волос. Все вокруг было дорого-богато, со вкусом отделанный интерьер и тихая инструментальная музыка настраивали на спокойный лад. Но все же на душе у Сони было как-то неспокойно. А может, зря она согласилась на предложение согруппницы с университета, которая буквально сегодня утром сделала рассылку в ватсапе, с просьбой подменить ее на деловой встрече?
Никто из сокурсников, да и вообще никто из знакомых, кроме Милы, не знал, что Соня в столице. Но Соня до сих пор состояла в общем чате в ватсапе, где собрались несколько человек из университетской группы П-05/6, и изредка обменивались веселыми картинками, поздравлениями на праздники или дни рождения. А иногда, раз в год, договаривались о встрече и собирались небольшой компанией, затем отправляли в общий чат совместные фото. Когда Соня жила в столице, еще до штатов, то с удовольствием посещала эти междусобойчики. И после отъезда не стала резко прерывать связь с одногруппниками, боясь прослыть зазнобой, которая не хочет общаться со старыми знакомыми. Иногда, время от времени, ребята просили помощи друг у друга с особо трудными переводами, или просили подменить на каких-либо встречах. С одной стороны, и клиента не потеряешь, прослыв ответственным переводчиком, раз смог прислать вместо себя подмену, так еще и поможешь старому приятелю подзаработать.