Я выезжаю на улицу Тейлор.
— Спасибо, Тейлор. Это было весело.
Она пришла в себя, хотя все еще выглядит немного недовольной.
— Могло бы быть гораздо веселее. Ты даже не представляешь, что потерял, — говорит она, надувая свои красные губки.
— Хм… Увидимся завтра. — Я отодвигаюсь подальше к двери, чтобы не позволить ей поддаться искушению, и улыбаюсь, пока она открывает дверь и выходит.
Я смотрю, как она заходит в дом, а затем еду на улицу Фрэнни, где и останавливаюсь.
Это плохая идея, я знаю, но ничего не могу с собой поделать. Я выскальзываю из машины и подхожу к дубу, расположенному возле проезжей части, недалеко от ее окна. Не издаю ни звука, усаживаясь на ветке возле дома, и слушаю. В ее комнате тихо, если не считать музыки. Это плохо.
Желание попасть в ее комнату и прервать… что бы там ни происходило, сильнее всего на свете. И после некоторого, тянущегося, словно вечность, времени, я больше не могу терпеть. Закрываю глаза и сосредотачиваюсь. Габриэль поймет, что я там, но если я буду осторожным, у Фрэнни это не получится. И вот я делаю это… Перемещаюсь в ее комнату. Но тут же чувствую, как воздух уходит из легких от удара. Я словно птица, взрезавшаяся в летящий самолет… И внезапно я возвращаюсь на ветку дуба. Слегка шокированный, пробую еще раз. То же самое.
Что за Черт?
Я вспоминаю отца Фрэнни… как он был защищен от моей магии. Похоже, у мистера Кавано большие связи там, наверху. Я могу попасть в апартаменты Папы Римского в любое время, когда захочу, нет проблем. А вот дом Фрэнни, похоже, вне пределов моей досягаемости.
Гейб так близко. Он пахнет, как снег… как лето. И этот запах щекочет мне ноздри. Его прикосновение к моей руке прохладное и мягкое. Наверно, именно так ощущается прикосновение облака. Я закрываю глаза, когда он наклоняется ближе, и прижимается щекой к моей шее. Его прохладное дыхание, направленное мне в ухо, заставляет меня содрогнуться, когда он говорит:
— У всего в этом мире есть своя причина.
Я поднимаю голову, чтобы посмотреть ему в глаза, ненавидя себя за струящиеся по лицу слезы.
— Я тебе не верю.
Он смахивает мою слезу кончиком пальца и смотрит вниз, прямо мне в глаза. Он обнимает меня и притягивает к своему плечу, зарываясь носом мне в волосы. Я позволяю ему удерживать меня довольно долго, поглощая его энергию. Я никогда не чувствовала ничего подобного, но это заставляет мое тело наполниться теплом. Если бы вы спросили меня сейчас, я бы была вынуждена признаться: я верю в любовь, потому что, мне кажется, именно так выглядит это светлое чувство.
Могла я полюбить его? Это возможно?
Наконец, я отодвигаюсь и вытираю слезы с лица рукавом своей рубашки. Когда я смотрю в его глаза, я вижу в них сомнение. Он начинает склоняться ко мне, и я приподнимаю лицо, чтобы встретить его, но затем его глаза распахиваются, и он резко встает.
— Мне, наверное, пора, — говорит он дрожащим голосом.
Мое сердце бешено колотиться, качаю головой в попытке сосредоточиться, но не могу унять боль, растущую где-то глубоко внутри. Я совершенно не контролирую свои эмоции, в этот момент я не хочу ничего, кроме как обо всем забыть и потеряться в нем. Я хотела бы дать ему хоть что-то.
Когда мы спускаемся, мои родители обступают его. Мама сияет, как будто слышит свадебные колокола.
— Было замечательно познакомиться с тобой, Гейб. Надеюсь, ты будешь и дальше к нам заглядывать.
— Обязательно, миссис Кавано. — Его глаза переходят ко мне, такие глубокие, такие нежные.
— Отлично, — говорит папа. — Значит, мы увидимся в скором времени?
Гейб дарит мне свою ослепительную улыбку.
— Без сомнения, — отвечает он, разворачиваясь к двери.
Мы спускаемся по крыльцу к его машине.
— Ну, увидимся завтра. Спасибо… за все.
— Всегда пожалуйста. — Он переплетает свои пальцы с моими, и мое сердце слегка подпрыгивает от его прикосновения.
Когда мы добираемся до его машины, он смотрит назад, на мое окно, и улыбается. Мое сердце вновь трепещет, когда он обнимает меня и целует в макушку. Прикосновение его тела к моему — больше, чем я могу пережить. Меня трясет, а дыхание становится рваным и неровным, когда я перекладываю руки с его груди на талию, притягивая еще ближе к себе. Я ощущаю, как напрягается его тело, но он не отстраняется. Внезапно меня охватывает острое желание вернуться назад, в мою комнату.