Ангел доел свой обед и ушёл. В голове витало множество мыслей, в первую очередь о Владлене. Начальница казалась человеком-загадкой. Есть ли у неё любимый при еë недуге? Почему поссорилась с прежним секретарём? Ведь не может быть, чтобы он действительно пытался её изнасиловать? Вопросов было много, но задавать он их Владе не станет. А другим сотрудникам не сможет — подумают ещё, что у него нездоровый интерес к коммерческому директору.
После обеда Владлена снова стала что-то рассказывать, вводя в курс дела. Почему-то про себя Ангел не мог называть её по имени-отчеству. Парень смотрел на девушку и украдкой любовался. Ему впервые за три месяца понравился кто-то настолько, что захотелось не просто тупо поиметь и забыть, а снова завести отношения.
Владлена рассказывала парню суть его работы, то, что ещё не успела. Хотелось, чтобы Ангел побыстрее во всё вник, но и без того было видно, что смышлёный помощник всё схватывает на лету. Девушка говорила, и в какой-то момент залипла на губах парня. Вдруг подумалось: «Каково это, целоваться именно с ним?» Наваждение развеял звонок телефона, лежащего на столе.
— Простите, — неловко буркнул парень.
— Ответьте. Вам не возбраняется на личные звонки отвечать, но только не разговаривайте часами, — сказала Владлена.
Златоустова отъехала к окну, чтобы создать видимость, будто не слушает. На самом деле хотелось узнать, кто звонит. Девушка?
— Привет, Ника. Почему не позвонил? Закрутился, родная, прости. Я тут в дела вникаю на той самой фирме. С меня шоколадка, как и обещал. Всё, Ник, некогда. Вечером жду, до встречи.
Владлена уловила каждое слово. Ангел разговаривал с девушкой. Разумеется, она не могла слышать её голоса, но почему-то расстроилась. Маму по имени не называют, а значит, это девушка или сестра.
Владлена сжала подлокотники до побелевших пальцев. Её судьба — всю жизнь просидеть в этом проклятом кресле и быть одинокой. Тоска накатила новой волной, она была густо-чёрного цвета и душила. Девушка побледнела от нервного напряжения и тяжело задышала.
Ангел закончил разговор, но начальница не поворачивалась. Тогда он подошёл и посмотрел на неё. Владлена сидела вся бледная. Она вцепилась пальцами в подлокотники своего кресла и рвано дышала.
— Что с вами, Владлена Валентиновна? — Ангел присел перед ней на корточки, обеспокоенно заглядывая в лицо. — Может, лекарство? Или скорую помощь вызвать?
— Ничего, сейчас пройдёт. Нужно просто воды попить, это успокаивает. В холодильнике минеральная вода, принесите, пожалуйста.
Ангел уже знал, что Владлена на работе не пьёт кофе, только чай в обед. А в остальное время употребляет холодную минеральную воду. Для этих целей на тумбочке в приёмной стоял маленький холодильник.
— Пейте не спеша, маленькими глотками. Моя подруга — медсестра, она говорит, что когда пьёшь именно так, то быстрее успокаиваешься, — Ангел подал стакан воды.
«Значит, всё-таки девушка», — с грустью подумала Владлена. Нужно было переключить мысли, поэтому она решила спросить о родителях. — Вы родителям звонили? Они, наверное, тоже волнуются, что вы ушли на собеседование и пропали.
Ангел удивился, что Владлена вдруг стала обращаться к нему на «вы», но не прокомментировал это, вместо этого захотелось сказать о себе правду.
— У меня нет родителей. Я живу один. Вернее, они где-то есть, но я не знаю, кто они, — ответил парень.
— Извини, что напомнила. Ты так спокойно об этом говоришь.
— Знаете, в детстве плачешь и просишься к маме и папе. Подбегаешь к каждому чужому, зашедшему в детдом. Потом заглядываешь в глаза и с надеждой спрашиваешь: «Ты моя мама?» В школьные годы, когда другие дети издеваются над тобой, потому что у них есть родители, а у тебя нет, наливаешься злобой. Думаешь, за что, чем ты хуже этих детей? А потом, после школы, приходит апатия и безразличие. Если бы сейчас меня нашли мои родители, я бы плюнул им под ноги и прошёл мимо. Я вырос, выскреб себя из школьного ужаса кулаками. Не скатился до уголовника. Имею профессию, пусть скромную, но я люблю своё дело. Зачем мне теперь родители? Я уже отстрадал по ним и отболел. Не знаю, как у других, таких, как я, но у меня лично всё так, — дрожащим голосом произнёс Ангел.
Владе захотелось хотя бы взять его за руку, чтобы утешить, но она не посмела. Сидела как дура и думала, что ответить на это откровение. Но Ангел, видимо, не ждал каких-то извинений или слов сочувствия. Он широко улыбнулся.