Девушке показалось, что женщина с иконы смотрит на неё так, словно что-то хочет сказать и не может.
Мелисса стояла и смотрела. А в голове мелькали сцены из детства. Она пыталась найти оправдание брату, но оно, почему-то, не находилось. Зато в голове звучали слова Джека, сказанные им ещё тогда, когда она была рабыней: «Пытаясь на себя взять его ответственность, ты оказываешь ему медвежью услугу. Каждый должен нести наказание, которое заслужил».
Тогда она спросила его: «Скажи, за что я несу наказание? Я не брала в долг, не проигрывала деньги в казино».
«Твоя вина в том, – продолжал поучать молодой человек, – что ты изначально вытаскивала брата из беды, оберегала от наказаний. Ты не давала ему самому отвечать за свои грехи. Анатоль знал, что ты по его долгам всегда сможешь ответить».
«Господи, помоги моему брату, образумь его, – с этими словами девушка направилась к рядам, где на стульях сидели такие же просители, как и она. Здесь были и старые, и молодые, и женщины, и мужчины. Всех этих людей связывало одно: их родственники содержались в этой резервации. – Сколько просителей, – вздохнула Мелисса, – и я одна из них. Разве может он услышать и исполнить все просьбы, как бы милостив и могуч он ни был».
Сколько провела времени в церкви, девушка не знала. Её мысли крутились то около брата, то возвращались к новой должности.
Вот такая, печальная и задумчивая она возвращалась к себе. Вернее, в своё новое жильё. Их с Анатолей маленький домик остался в городе детства. Сейчас же она жила в столице, там, где находилось руководство компанией.
Наши дни
– Что вы хотите этим сказать? – Мелисса нахмурилась. – Да, мой брат находится в резервации. Но вы хорошо знаете, что его никто не лишал права наследства. Даже если он и не сможет вступить в права, его дети будут иметь право наравне с моими.
– Ваш брат в тяжёлом состоянии, – продолжила женщина. – Даже если он выкарабкается, вряд ли у него будут наследники. А это значит, что четвёртая ветвь может остаться без преемников.
– Послушайте, – перебила её Мелисса. – К чему сейчас весь этот разговор?
– А к тому, – вмешался пожилой акционер, – что хотите вы или нет, но вам пора начинать задумываться о продлении рода. Большие деньги и ваш пост – это ещё и огромная ответственность.
– Вам не кажется, что вы лезете не в свои дела? – Мелисса нахмурилась. – Пока что я – руководитель направления.
– Акционеры обеспокоены, – снова вступила в беседу женщина, – что вы встречались с Тернионом. Если вы выйдете за него замуж, вам придётся уступить свои акции в обмен на пожизненную ренту.
– Это почему ещё? – девушка резким движением откинула чёлку со лба.
– Потому что он – наш конкурент. Либо ему придётся отказаться от своей доли в своей компании. Согласно антимонопольному законодательству, слияние компаний посредством брака у нас в стране запрещено.
– Вы хотите сказать, что я должна немедленно выйти замуж за одного из наших акционеров? Так вас следует понимать?
Мелисса начинала терять хладнокровие. У неё и так нервы были на пределе, с акциями бы разобраться, а тут с наследниками к ней лезут. Она надеялась, что хоть сейчас её все оставят в покое, перестанут указывать, что ей делать.
Девушка до конца ещё не осознала, что богатство несет в себе много обязательств. Она наивно полагала, что сейчас её главная цель – освоить азы руководства. Заботиться о хлебе насущном, беспокоиться о неоплаченных счетах за коммуналку, подсчитывать, на чём можно сэкономить, чтобы купить себе новое платье –больше не нужно. Если быть до конца откровенным, то за эти три месяца её гардероб обновился ровно на два деловых костюма и к ним по паре туфель, и то покупала их секретарь. Времени на магазины, салоны и парикмахерские у Мелиссы просто-напросто не было.
– Нет, зачем же за акционера, хотя я, к примеру, холостой, – хохотнул Рено. – Просто существует ряд ограничений для вашего партнёра, но не для меня.
«О боже, ещё один, – мысленно вздохнула девушка. – Не успела от тех избавиться, как получите и распишетесь».
– Хорошо, я поняла и подумаю на досуге, а сейчас есть более важные дела, – решила она вернуть заседание в нужное русло. – У нас наблюдается спад…
Но продолжить не дал всё тот же недовольный акционер:
– Конечно, будет спад. За три месяца не появилось ни одного стоящего контракта, ни одной сделки. Даже намёков нет. Я могу предположить, что вы специально упустили последний контракт, который тут же подхватили Тернионы. Может быть, вы сейчас работаете на вашего любовника. Я сегодня же поставлю куратора в известность и буду требовать, чтобы вас временно отстранили, пока мы не разорились. А по ВАМ буду требовать проведения служебного расследования.