Конечно, кто угодно, только не он должен оказаться в моей игре.
Но пути назад уже нет. Не удалять же его, в конце концов. Пусть будет. Для интерьера. Не стану же я создавать с ним какой-то сюжет — это глупо, он мне даже не нравится.
Окончательно смирившись, я ставлю ему возраст чуть старше своего — двадцать лет, но когда приходит время выбирать черты характера, я застываю перед экраном ноутбука в тупом ожидании неизвестно чего.
Что я вообще о нем знаю?
— Арина!
Я вздрагиваю, когда внизу раздаётся голос Макса.
— Арин, спускайся уже, я знаю, что ты не спишь, а залипаешь в свою дурацкую игру!
Желудок делает испуганный кульбит, меня начинает тошнить, и я в панике выбираю первые попавшиеся черты характера и интересы, к которым попадает единственный известный мне — футбол. Поселяю его в дом напротив и, яростно стуча пальцами по клавиатуре, пытаюсь сохранить игру. Как назло на весь экран красуется счастливое лицо переехавшего в новое жилище Антона.
— Так-так-так, и что это тут у нас?
О, нет...
Нет, нет, нет!
Я проживаю маленькую клиническую смерть, когда слышу голос Макса у себя за спиной, но все же под действием адреналина захлопываю крышку ноутбука. Понятия не имею, сохранила я игру или нет, но вот жизнь кое-кому сейчас точно сохранить не удастся.
— Ты почему заходишь без стука? — рычу я, вставая из-за стола.
Макс одет очень странно. На нем толстовка, футбольные шорты, гетры и бутсы. Последний раз в таком виде он появлялся лет пять назад.
— Я стучал. Но ты была так увлечена своей дурацкой игрой, что не слышала.
— Неправда, ты не стучал, — огрызаюсь я, молясь лишь о том, чтобы он не увидел лишнего на экране, а уж тем более никого не узнал. — И если уж и есть тут что-то дурацкое, так это твой прикид. Куда так вырядился?
Макс вскидывает подбородок, сияя, как новогодняя елка.
— Собирайся. У нас с соседом товарищеский матч. Или матч примирения, называй как хочешь. В общем, я решил зарыть топор войны между вами, пригласил своих ребят из универа, он подтянет своих из команды. Сыграем на местном поле.
При упоминании соседа по голове начинают бегать мурашки. Какой кошмар. Зачем, зачем я создала его в Персонаже? Надо срочно удалить его. Из игры. И из головы тоже.
Заметив мою растерянную физиономию, Макс подходит ближе и касается моего плеча. Его взгляд падает на закрытую крышку ноутбука.
— Что это с тобой? И что ты там прячешь?
— Ничего. Зачем мне собираться?
— Будешь судьёй.
Из горла вырывается смешок.
— Ты серьёзно? Решил зарыть топор войны таким образом? Да из-за меня вы его не то, чтобы не зароете, вы перейдёте на бензопилу.
— Ой, да перестань, — Макс закатывает глаза и направляется к двери. — Посидишь там для вида, в свисток посвистишь. А потом мы все вместе куда-нибудь завалимся, познакомимся поближе. Так что у тебя пять минут. Антон уже ждёт нас внизу.
И снова его имя набатом начинает стучать в голове. Нет, так реагировать ненормально. Все вернется на круги своя, когда я удалю его из своей игры. Обязательно удалю.
Но сначала матч.
Глава 6. Товарищеский матч
Я всегда была равнодушна к футболу.
Но сегодня... сегодня я, кажется, его возненавидела.
Все началось с того, что на «местном поле», а на деле какой-то заброшенной баскетбольной площадке, на которой почему-то оказались футбольные ворота, негде было даже присесть. Я стояла почти целый час, опершись о перегородку и чувствуя, как меня насквозь пронзает прохладный апрельский ветер и визг Риты — одногруппницы Максима. Пока я выполняла роль вешалки, держа вещи парней, она вдруг вообразила себя яростной фанаткой и только и кричала: «Сделай их, Макс!». Не было ни свистка, ни жёлтых или красных карточек (словно я разбиралась, в каких случаях их дают), ни желания здесь находиться.
Зато был Антон. Почему-то мой взгляд то и дело переносился к нему. По дороге на поле мы и словом не обменялись, вот только это не отменяло того факта, что весь путь он испепелял меня своим изучающим взглядом, даже если Макс и отвлекал его все время своей болтовней. Смотрел так, словно видел меня и мой поступок насквозь.
Я же старалась вообще на него не смотреть. Мне вдруг стало так неловко перед ним за то, что я создала его в игре, а следом ещё и зачем-то вспомнила, что Варя, моя новая одноклассница, в него влюблена. Тогда шея вся покрылась алыми пятнами — это были следы стыда, которого стало так много, что он уже не помещался внутри и вылез наружу. Конечно, ни Варя, ни Степа, на подробности не расщедрились, но судя по её глупой улыбке, влюблена она в него давно и по уши. Ещё и эти слова про то, что он жуткий бабник. Надо же. По нему ведь и не скажешь. Но факт остаётся фактом — он нравится Варе.