— Эй! Ну что вы там застыли? — Макс оборачивается, подгоняя отстающих.
А я даже пошевелиться не могу. Что это было, черт возьми? Выходка Егора, заступившийся за меня Антон... голова кругом. Но Макс снова зовет меня, и мне приходится отложить эти мысли до лучшего момента. Я нервно сглатываю, качаю головой и возобновляю шаг, с благодарностью замечая, что мы уже подошли к месту под не самым аппетитным названием «Коробка».
Приходится прибавить шаг, чтобы догнать парней. Неоновая вывеска с названием пиццерии уже бьёт в глаза.
Внутри оказывается довольно мило. Ярко-жёлтые стены, которые в закатном солнце кажутся почти малиновыми, столики напоминают атмосферу американских закусочных из сериалов, а на стенах вместо картин и фотографий — коробки из-под пицц с разными иллюстрациями. Макс, как главный заводила любой пирушки, выбирает, куда приземлиться (в кафе кроме нас и пожилой пары почти никого нет) и подзывает официантку. А спустя уже двадцать минут наш стол оказывается завален пиццей, газировкой и каким-то неприличным количеством картошки фри.
Так уж получается, что я сижу ровно напротив Антона. Между Максом и Егором.
Прекрасно, просто прекрасно.
Нетвёрдой рукой я беру свой стаканчик с газировкой и упорно стараюсь вникнуть в спор, который начала Рита, а остальные парни подхватили.
Ровно до тех пор, пока Антон не наклоняется ко мне.
— Знаешь, — он почти шепчет, не отрывая от меня сияющего взгляда. — Необязательно было прикладывать столько усилий и так упорно за мной следить, чтобы познакомиться со мной поближе. Могла бы просто перейти дорогу и постучать в дверь.
Кажется, в этот момент у меня глаза вылетают из орбит. Хорошо, что я ещё не начала пить газировку, иначе все просто пошло бы через нос. Наверное, я выгляжу глупо, а вопрос мой звучит ещё глупее:
— Что, прости? Какая слежка?
Он нахально улыбается, а в глазах у него пляшут искорки веселья. Я борюсь с диким желанием плеснуть газировкой в его наглое лицо.
— Я видел, как ты сделала за мной на балконе. И сегодня в школе. Ну, конечно, и сейчас на футболе... могла бы просто сказать «я от тебя без ума», раз уж на то пошло.
Я не знаю, что ему ответить. Его слова звучат так идиотски, что, наверное, это отражается у меня на лице. Но он так весело улыбается, что до меня, наконец, доходит — он просто издевается.
— Это очень, очень неудачная шутка, — усмехаюсь я.
Антон берет ломтик картофеля по-деревенски и макает его в соус. Я вижу, что он слегка опускает подбородок, пытаясь скрыть улыбку.
— И все же ты засмеялась, — он поднимает брови, глядя на меня, и закидывает ломтик картофеля в рот.
Я сглатываю слюну.
— Я засмеялась только от того, насколько она глупая.
— То, что шутка глупая, не отменяет того, что она смешная, — он пожимает плечами.
— Конечно же, отменяет, если я не рассмеялась с первого раза, — парирую я.
— Так может, если ты не поняла ее, то глупая здесь вовсе не шутка?
Я сощуриваюсь, приоткрывая рот, и уже собираюсь всерьёз обидеться, когда замечаю ямочки у него на щеках — так широко он улыбается. Это немного обезоруживает. Выражение моего лица смягчается, и я слегка улыбаюсь, качая головой.
— Вот это было хорошо
Антон гордо расправляет плечи, а я улыбаюсь, как дурочка, глядя на него. Но тут меня подзывает Макс, а его кто-то из ребят, и этот маленький диалог растворяется в облаке бесконечной болтовни о футболе, вечеринках и ещё какой-то ерунде, которую я уже не слушаю.
К девяти вечера наша компания понемногу редеет, а в десять остаёмся только я, Рита, Макс, Егор и Антон. Егор любезно вызывается подвезти нас до наших домов, и я стараюсь не вспоминать тот момент, когда он нахально прижал меня к себе. Он был в два раза крупнее меня и на голову выше, на шее у него красовалась татуировка в виде каких-то китайских иероглифов, да и в целом он выглядел устрашающе, хоть и всегда был дружелюбным. Наверное, не стоит рассказывать об этом Максу — может, так вышло случайно, а между лучшими друзьями я становиться не хочу. Я слишком много тревожусь, это стоит отпустить. Но не теряя бдительность, конечно.
К тому же сейчас мои мысли были заняты другим — в машине Егора я оказалась плотно зажата между Ритой и Антоном, пока Макс нахально развалился на переднем сиденье. Рита заполняла салон своей болтовней, Максим ее радостно поддерживал, а Антон все это время смотрел в экран телефона, делая вид, словно меня не существует. Интересно, о чем он думает? Наши бедра соприкасались, и я отчетливо чувствововала тепло его тела через ткань своих джинсов.