Именно поэтому, как хорошему другу, ему полагается внедрить меня в свою крутую компанию первокурсников и брать с собой на все эти «шабаши». С одним из его друзей, Егором, мне уже повезло познакомиться вчера — едва я успела переступить порог дома, как Макс и Егор забрали меня смотреть достопримечательности. Мы ели мороженое, гуляли по Тверской и наслаждались тёплым апрельским вечером и компанией друг друга. Егор мне понравился.
— В школе, где мы учились, до сих пор легенды ходят о вечеринках, которые закатывал Макс, — с гордостью заявляю я, расправив плечи.
Все взгляды его однокурсников обращаются ко мне.
— Кстати, в каком ты классе? — подаёт голос одна из девчонок, которая выглядит так, словно вышла из какого-то интернет-шоу.
У неё голубого оттенка волосы и ярко-фиолетовые губы. Я бросаю взгляд на свое отражение в окне и тут же его отвожу. На её фоне я блеклая маленькая девочка, которая пришла сюда с родителями и пытается привлечь к себе внимание. Ещё и эта дурацкая чёлка, которая вечно лезет в глаза. Смахиваю её со лба и возвращаю внимание к незнакомке.
Её вопрос выбивает почву у меня из-под ног. Громкая музыка и чужие разговоры теперь звучат где-то фоном. Я чувствую, как краснеют кончики моих ушей и заливается алыми пятнами шея.
— Заканчиваю десятый.
Все в компании Макса начинают переглядываться друг с другом. Если бы их взгляды могли говорить, то я бы уже сбежала отсюда в слезах. Пока достаточно стоять перед ними, и краснеть, как накаляющаяся лампочка.
— А тебе не пора спать, а, малышка?
— Рит, перестань, а, — рявкает Макс этой девице из роликов про кибер-панк.
— Да, Ритулик, все знают, что ты с пятнадцати лет с вечеринок не выбираешься, — Егор улыбается, как сытый кот, а я чувствую себя ещё хуже.
Я не хочу так самоутверждаться.
— Разве может быть слишком рано или слишком поздно для веселья? — я пожимаю плечами и замечаю, как напрягается челюсть у Риты.
Мне очень нужно произвести на них хорошее впечатление. Но, по-моему, я делаю только хуже. Эту фразу я вычитала в какой-то книге, и в моей голове она звучала эпичнее. И пафоснее.
— Я... сделаю музыку погромче, — бормочу едва слышно и разворачиваюсь, на ватных ногах направляясь в сторону кухни.
Хочется убежать на второй этаж, закрыться в своей комнате, достать ноутбук и погрузиться в мир, в котором мне точно не придётся краснеть. Но я должна повторять себе: я в Москве. Здесь нужно пустить корни. А для этого обрасти новыми связями. Друзья Макса — отличная почва для этого.
С другой стороны, для них я всегда буду его «сестренкой». Но мы лучшие друзья, и сам Макс никогда не возводил меня в ранг своей «младшей», мы всегда были наравне, несмотря на двухлетнюю разницу в возрасте. Как мне доказать это другим? Быть такой же, как он? Но такой нужно родиться. Макс — ходячий праздник. Он найдёт компанию и среди бабулек, ждущих свой автобус на остановке, и среди врачей, обсуждающих течение болезни своего пациента, и среди самых отчаянных тусовщиков, каким он и является. Интересно, как у такого строгого отца вырос такой абсолютно беспечный сын?
Как бы то ни было, мне надо что-то делать.
Для начала, сделать музыку погромче.
Выдыхаю напряжение в теле и, взяв в руки колонку, выглядываю в гостиную. В доме чуть больше десяти человек — все они кучкой разбрелись кто куда. Самое ближайшее окружение Макса во главе с ним расселось на диване. Две девушки, похожих, как две капли воды, фоткают друг друга на фоне лестницы — она в этом доме просто шикарная, из тёмного дерева, как в фильмах про красавичков-боссов и их неловких ассистенток. Несколько человек в центре гостиной болтают, танцуя и попивая коктейли. На секунду, но только на короткое мгновение мне становится некомфортно.
Точно ли я хочу быть частью этой компании, такой жизни? Кажется, я совсем ничего про себя не знаю. Словно где-то среди множества чемоданов, что вот уже шесть лет путешествуют по стране, затерялась настоящая я.
— Эй, ты чего приуныла?
Макс заплывает в кухню, как голодная акула в поисках добычи. Когда он её находит, то, довольный, прижимает к груди миску с чипсами и набивает ими рот, как хомяк. От акулы не остаётся и следа.
— Думаю, я не слишком вливаюсь в вашу компанию, — пожимаю плечами.
— Ты не вольешься в неё, если будешь сбегать на кухню вместо того, чтобы заводить знакомства, — Макс говорит с набитым ртом, и я недовольно морщусь, скрещивая руки на груди.