А вообще, кто приходит в такой час? Максим приглашал всех к девяти, а уже почти полночь. Ещё час, и я начну капать Максу на мозги с просьбой выпроводить всех отсюда.
Сощуриваюсь, оглядывая ночного гостя с ног до головы, и когда все пазлы сходятся, закатываю глаза, открываю дверь пошире и шагаю в сторону.
— Музыку громче не делать, не мусорить, ничего не ломать, ни к кому не приставать и ни с кем не драться, — отчеканиваю я, даже не глядя на него. — Макс где-то во-о-он там, — я указываю рукой в сторону кучки танцующих студентов и тяжело вздыхаю, изображая пальцами кавычки. — Добро пожаловать на «новоселье».
Я замечаю на себе его взгляд — недоумевающий, хмурый — и нервно сглатываю, держась за ручку двери.
— Какой еще Макс? — фыркает он озлобленно. — Я хочу, чтобы вы вырубили эту идиотскую музыку и дали мне поспать. Сворачивайте свой шабаш или я вызову полицию. Серьёзно.
От такого заявления брови у меня подлетают вверх, а губы приоткрываются.
— Что, прости? — спрашиваю, склонив голову набок.
Он сощуривается, с ног до головы сканируя меня своим уничтожающим взглядом. Мурашки расползаются по открытым участкам тела, но я во всем виню апрельский ветер и свое лёгкое летнее платье.
Уж точно я его не боюсь!
— Вы въехали сюда позавчера, да? Я твой сосед, судя по всему, и завтра в девять утра у меня тренировка. Тусуйтесь в выходные, кто делает это в будний день? Вы не даёте людям спать.
Врождённое чувство вины на секунду затмевает разум. Но он говорит с таким высокомерием и с таким пренебрежением смотрит на меня, что желание разогнать всех друзей Макса и начать слёзно извиняться перед этим парнем гаснет, так и не вспыхнув, как сырая спичка.
Вместо этого я выхожу на крыльцо и оглядываю улицу — свет выключен во всех домах.
Кроме дома напротив.
Меня накрывает волна раздражения.
— Как видишь, мы никому не мешаем. Все спят. Чего и тебе советую, — гордо провозглашаю я.
Он слишком симпатичный, чтобы быть таким скрягой. Разве такое возможно? На вид ему лет восемнадцать, любой другой на его месте прихватил бы с собой какую-нибудь выпивку и с радостью присоединился бы к вечеринке.
— Хороший совет, — он кивает и отступает назад, спускаясь по ступенькам. — Надо его запомнить. Спокойной ночи.
Развернувшись, он уходит. Даже в темноте и на расстоянии я вижу, как напряжена его широкая спина. Последнее, что я слышу перед тем, как вернуться в дом и неохотно присоединиться к всеобщему веселью — хлопок двери, ведущей в дом напротив.
Глава 2. Блюдо, которое подается холодным
Какой бы бурной и весёлой ни была вечеринка ночью, утро после неё всегда наступало одинаково — с головной болью, жуткой усталостью и беспорядком, как после песчаной бури. Или зомби-апокалипсиса.
Резко распахнув глаза, я морщусь от яркого света и принимаю сидячее положение, не совсем понимая, где я вообще нахожусь. Сердце колотится, дыхание сбилось, в горле дикая сухость. Нет, всё-таки это была песчаная буря. Вчера, поддавшись уговорам Макса, я наконец по-настоящему начала отрываться, вот только вряд ли это оценят родители, которые вот-вот должны вернуться.
Сколько вообще сейчас времени?
Медленно оглядываюсь по сторонам в поисках телефона и попутно оцениваю масштабы катастрофы. Итак, все не так уж и плохо. Я проснулась в своей постели, а не груде мусора, как обещал Макс — значит, утро уже можно назвать добрым.
Самого его я замечаю на полу своей новой комнаты — он лежит, пуская слюни на моего плюшевого гуся. Выглядит Макс, как младенец, и я не могу удержаться, чтобы не потянуться за телефоном и не сфотографировать его милую мордашку, а потом шантажировать его этой фоткой всю оставшуюся жизнь.
Но стоит мне только наклониться за мобильником, как кто-то вдруг резко хватает меня за лодыжку. Я вскрикиваю, пытаясь скинуть с себя чужую руку, и отползаю на другой угол кровати, пытаясь обороняться первой попавшейся подушкой.
Песчаная буря отменяется, это всё-таки зомби!
— Ты чего разоралась с утра? — хрипит знакомый голос где-то внизу, и я подползаю к краю кровати.
Макс сидит на полу, морщась и потирая виски. Я облегчении вздыхаю, но тут же хмурюсь.
— Ты дурак? Напугал до смерти!
— А ты не дала мне спать, — обиженно рявкает Макс и оглядывается по сторонам, но вдруг тихо ойкает и начинает ёрзать по полу. — На чем я... на чем я лежал?
Сердце замирает, когда он достаёт из-под своей задницы мой ноутбук.