Я качаю головой, а Антон останавливается. Тогда, оглядевшись по сторонам, я понимаю, что музыка закончилась, а значит, и наш танец. Весь школьный двор взрывается аплодисментами, но я слышу лишь его признание, оно проникает в мою кровь, как противоядие, очищает её от обиды и от стыда. Мы отстраняемся друг от друга, и, отпустив его руку, я возвращаюсь к своему классу. Часть выпускников, и Антон в их числе, остаются стоять в центре — директор приглашает их к ответной торжественной речи.
Всё внутри меня дрожит, когда я смотрю на него.
— Вы как диснеевская парочка, — кто-то шмыгает носом за моей спиной, заставляя меня обернуться. Глаза у Степы блестят, и он держит ладонь на груди, качая головой. — Клянусь, это даже лучше, чем в моих книжках. Вы помирились?
— Нет, — услышав голос Антона, я поворачиваюсь в его сторону.
Он не просто смотрит на меня прямо сейчас. Он обращается ко мне, держа микрофон у своих губ.
— Я присоединяюсь к остальным ребятам. Я очень благодарен этой школе и все такое, это были классные одиннадцать лет, но последний месяц был самым лучшим, потому что я познакомился с тобой, — Антон улыбается, глядя на меня, и все вокруг начинают оборачиваться в поисках той, кому обращены эти слова. Сердце падает в пятки, мне хочется убежать, но ноги будто припаяны к полу. — Арин, я очень облажался перед тобой. Но я рад, что ты обо всем узнала. Теперь нам будет проще начать все с чистого листа, если ты не против. Я влюбился в тебя, и мне не стыдно заявить об этом перед всей школой. Только представь, какое нас ждёт будущее: будем разъезжать по всей Италии, а там и по всему миру, дизайнер и футболист. Круто же! Ты же знаешь, что я самовлюбленный дурак? Ты простишь меня?
Лицо у меня заливает краской, колени подкашиваются. Это уже слишком. Все смотрят только на меня — кто-то удивлённо, кто-то откровенно смеётся, кто-то завидует. Я не могу это выдержать. Поэтому, проигнорировав восторженные возгласы Степы, я разворачиваюсь и, протискиваясь сквозь толпу, бегу как можно дальше отсюда. Придурок, какой же он придурок!
Собственный испуг уносит меня в школу, и я останавливаюсь в пустом коридоре, прислонившись к холодной стене и пытаясь отдышаться. Каждое сказанное им слово пульсирует в висках, грохочет в сердце, а перед глазами только все эти взгляды, направленные на меня.
Что ж, я же хотела стать известной...
Смешок слетает с моих губ, когда я осознаю все безумие происходящего, а уже через секунду я начинаю откровенно хохотать, не в силах себя сдержать. Угораздило же меня в него влюбиться! И почему я не злюсь на него? Даже самую малость! Я же должна обижаться, должна игнорировать его, он ещё и посмешищем выставил меня! Но мы оба хороши. Я создала его в «Персонаже», он подыграл мне в реальности. Не стоит об этом забывать. Таким, как мы, надо держаться вместе.
Мой смех звенит у меня в ушах, заглушая все остальные звуки, поэтому, когда в конце коридора появляется тёмный силуэт, я совсем не слышу его шаги.
— Я рад, что повеселил тебя, — силуэт подходит ко мне, и я мгновенно замолкаю, с улыбкой уставившись на остановившегося передо мной Антона. — Но, может, ты ответишь на мой вопрос?
Я прикусываю губу, чувствуя, как мурашки расползаются по всему телу. Мне хочется поцеловать его, хочется забыть обо всем, но я зачем-то все оттягиваю этот момент.
— На какой вопрос? Что ты самовлюбленный дурак? Ответ утвердительный, — я усмехаюсь, и Антон, заметив искорки веселья в моих глазах, подходит ко мне вплотную. Дыхание у меня перехватывает от такой близости. — А ответ на вопрос о том, прощу ли я тебя...
Отбросив все страхи и всю неловкость, я обвиваю его сильную шею руками и поднимаюсь на носочки, прикасаясь своими губами к его. Антон вздыхает, кажется, будто с облегчением, и немедленно увлекает меня в поцелуй, заставляя сотни спящих бабочек ожить в животе. Наши тела будто приклеены друг к другу в этот момент, и он все целует и целует меня, то с напором, то нежно, кружа мне голову, отключая мой разум. И когда Антон отстраняется, соприкасаясь своим лбом с моим, я все никак не могу привести дыхание в норму.
— Ты будешь моей девушкой? — шепчет он, поднимая моё лицо за подбородок.
Я улыбаюсь, прикрыв глаза. И явно заставляю его понервничать, когда не спешу с ответом. Но я всего лишь пытаюсь понять — действительно ли это происходит со мной или это очередной сюжетный поворот в игре? И вот, когда ответ в нетерпении смотрит на меня своими серыми глазами, я наконец тихонько усмехаюсь и, оставив лёгкий поцелуй на его губах, шепчу: