К сожалению для Николая, ему так и не удалось никогда больше оказаться в ее постели. На следующий день приезжал из Москвы ее пятнадцатилетний сын, а еще через день вернулся из Германии муж. Было совершенно понятно, что никакая любовь не в состоянии заставить умную женщину безрассудно рисковать всем, назначая свидания под носом у мужа. Да и была ли она, эта любовь? Было глупо переносить свои мысли и настроения на другого человека. Тогда, в юности, именно он не понял и не разделил ее любви, за что и поплатился сполна сейчас.
Встреча с Мариной не выходила у него из головы. Вновь и вновь он переживал моменты их близости. Причем, казалось, каждая клеточка его тела просила повторения волшебных соприкосновений. Вспоминались не мгновения оргазма, который в общем-то не сильно отличался от множества других, а те, во многом обычные, касания, которые нельзя было в полной мере назвать сексуальными. Он вновь и вновь представлял, как переплетались их пальцы, когда лежали они бок о бок, уставшие, еще переживающие недавний момент близости, как нежно склоняла она свою голову на его плечо при расставании… Щемящее чувство утраты и невозможности повторять и длить эти волшебные мгновения переполняли душу Николая какой-то поэтической грустью. Еще секунда, и в мозгу у него начали складываться строки…
Иисус, дождавшийся, наконец, удобного момента, начал диктовать давно уже приготовленный текст:
Ты пройдешь, не заметив меня,
Как устало опущены плечи.
Ну, постой, что желаешь, скажи, не тая,
И меня ты спроси, я отвечу:
Лицом упасть в твои б ладони,
Вдохнуть пьянящий аромат…
Но так же все звездой бездомной
Качусь устало на закат.
Строки удивительно соответствовали его настроению. Он не думал, что сможет сочинить что-либо подобное. Но его природный скепсис и укоренившаяся за многие годы ироничность тут же попытались опорочить новоиспеченный шедевр. Особенно его смущало выражение «упасть лицом». В нем было что-то неправильное, комическое. Николай представил, куда бы и как он смог упасть лицом…
У Сатаны всегда хорошо получались экспромты. Он в каждом своем проявлении соприкасался с динамичным миром людей, и сам за долгие века стал изобретательным и находчивым. Пародия родилась почти мгновенно, и он стал нашептывать: