Для вчерашней марсельской школьницы происходящее вокруг представлялось красивой сказкой, удивительной историей, в которую она чудом попала и которая фантастическим образом превратилась в быль.
– Это Генрих, – заговорщически шепнул наследник.
Кристи посмотрела на отца, и на мгновение их глаза встретились. Забыв про этикет, Генрих, не задумываясь, бросился навстречу дочери. В этот момент, как по мановению волшебной палочки, на дворцовой аллее воцарилась абсолютная, мертвая тишина. Все без исключения, приглашенные гости, с нетерпением ждали именно этого момента и, затаив дыхание, молчаливо следили за развитием событий.
– Беатрис?! – непроизвольно вырвалось у короля. – Не может быть... – на глазах монарха появились слезы. – Боже мой, как же ты похожа на свою мать… Как же ты похожа на нее, – невероятным усилием воли, Генриху удалось погасить свою секундную слабость. – Старый болван, сам, своими руками, чуть было не погубил тебя. Прости меня, дочка.
– Здравствуйте, Ваше Величество, – пробормотала Кристина. – Очень рада…
Король не дал Кристине закончить фразу, он подхватил ее на руки, крепко обнял и прошептал:
– Я обещал Беатрис, что первым внесу тебя во дворец.
Вновь загремели фанфары и симфонический оркестр зазвучал торжественными аккордами. Вся дворцовая аллея оживилась, многочисленные гости восторженно загудели и взорвались овациями.
Аккуратно ступая по ковровой дорожке, Генрих не сводил с Кристины глаз. Он был безумно счастлив. Король нес на руках самое дорогое, что осталось у него в этой жизни. Дочь, которую впервые увидел только спустя двадцать долгих лет, и которая как две капли воды была похожа на свою мать.
Это поразительное сходство сводило короля с ума. Его не покидала мысль, что все это уже было с ним когда-то: те же фанфары, тот же оркестр, те же овации. Он уже держал эту девушку на руках и заносил ее во дворец, с той лишь разницей, что он постарел, а девушка нисколько не изменилась.
Два молодых лакея открыли перед королем массивные, кованые двери.
– Вот ты и дома, дочка, – Генрих аккуратно поставил Кристину на ноги. – Я должен был сказать это еще двадцать лет назад, но судьба распорядилась иначе.
– Рад вас видеть, дорогая принцесса, и очень рад познакомиться. Хотя заочно мы знакомы с вами уже три года, – высокий, с легкой сединой мужчина встречал короля с дочерью в вестибюле.
– Кристина, разреши представить тебе – Его Величество, король великой Юрии Фридрих седьмой, – отрекомендовал Алекс и подошел к отцу.
– Уверен, что наследника престола великой Юрии вам представлять нет необходимости, – улыбнулся Фридрих и потрепал сына по густой черной шевелюре.
– Алекс много рассказывал о вас, Ваше Величество, – смущенно ответила Кристи. Несмотря на слова отца и доброе расположение окружающих, девушка чувствовала себя не совсем уверенно.
– Надеюсь, только хорошее? – рассмеялся Фридрих.
– Отец?! – поддержал шутку Алекс. – Безусловно, только хорошее. А что еще? С тобой у меня связаны исключительно положительные эмоции.
– Ну, что ж, друзья мои, рекомендую продолжить нашу беседу за обедом, – широким жестом предложил Генрих. – Я приказал накрыть сегодня в малом каминном зале.
В сопровождении камердинера и двух шикарно одетых лакеев августейшая компания поднялась в холл четвертого этажа.
– Нам сюда, дочка, – король обнял Кристину за талию и показал в сторону белоснежных дверей, которые синхронно открыли два молодых гвардейца.
“Если это малый каминный зал, тогда, что из себя представляет большой?” – удивилась Кристи, оказавшись в просторном помещении с высоким камином, будто бы вырубленным из одного огромного куска малахита.
Стены, декорированные темно-зеленым бархатом, играли металлом средневекового оружия и рыцарских доспехов. Тяжелые, изумрудного цвета портьеры были подвязаны серебряной тесьмой с увесистыми кистями.
Будто бы на лиане, с высокого потолка спускалась трехъярусная люстра из зеленого хрусталя. Фантастическим цветком она парила в двух метрах от круглого, фисташкового цвета стола.
– Я не был в этом каминном зале двадцать лет, – начал разговор Генрих, – мы часто проводили здесь вечера с твоей матерью. Беатрис любила посидеть именно у этого камина. После ее смерти я так и не решился сюда зайти. Но с твоим возвращением все изменилось. В истории о славных делах короля Генриха открылась новая счастливая страница. Так что прошу за стол, друзья мои, прошу за стол. Располагайтесь.