— Протяни ладонь.
Ия удивилась, но просьбу исполнила. Рита прошептала заклинание, и на ладони подруги появилась небольшая морковка. Ия хмыкнула — вот кто поднаторел в бытовой магии!
— Угости Зарю, она это заслужила!
Новое покушение
Так у Ии появилась новая привязанность. Она проводила в конюшне почти всё свободное время. Даже Рита при всей её любви к скачкам, к пегасам, порой предпочитала уходу за лошадьми прогулки по лесу или чтение так любимых ею романов. А Ия находила в общении с Зарёй утешение. Ей казалось, что, когда она рядом с пегасом, все тревоги и волнения отступают. Однажды она поделилась этим открытием с Беллером. Преподаватель усмехнулся и сказал, что девочка не первая, кто открыл это удивительное свойство у животных.
— Это не просто крылатые кони, Ия. Это существа, способные понять человеческую душу, сродниться с ней. Пегасы способны дать человеку то, чего ему так не хватает. Не зря они вдохновляли поэтов и писателей на создание шедевров. Возможно, Заря вдохновит на что-то великое и тебя?
Но Ие не хотелось загадывать наперёд. Ей нравилось чувствовать себя в тёплой конюшне вне пространства и вне времени. Тут пахло опилками и было тише и спокойнее, чем в школе. День ото дня погода портилась, становилось всё холоднее, и учащиеся приходили сюда только лишь на занятия. Желающих просто поглазеть на красавцев-пегасов становилось гораздо меньше.
К сожалению, в этот раз идиллию было суждено разрушить почтовому голубю. Адресованный Ие, он прилетел прямо в конюшню и опустился в руки девочке:
«Жду вас сегодня после ужина в кабинете риторики. С уважением, Андрэ Вольф».
Ия помнила всё это время о предстоящей встрече, но в тайне надеялась, что она не состоится как можно дольше. Девочка спешно попрощалась с Беллером, пора было возвращаться в особняк. Она могла бы ускориться (за два месяца занятий боевой магией Ия научилась владеть своим телом), но предпочла пройтись по лесу, чтобы привести свои мысли в порядок. Предстояло настроиться перед встречей с Вольфом один на один. На занятиях по риторике было легче, потому что директор был обязан уделять внимание и другим учащимся. Ия не чувствовала себя так уязвимо. А здесь она была одна, и необходимо было прилагать огромные усилия, чтобы ураган эмоций, бушевавший внутри, не вырвался наружу и не стал очевиден для Вольфа.
Кроме того, Ия не могла не признать, что ей любопытно, чему её директор будет обучать на этот раз. Здравый смысл подсказывал, что Вольфа стоило опасаться, но желание узнать что-то новое, желание попробовать свои силы в неизвестных ранее заклятиях также было велико.
Ия, немного робея, толкнула тяжелые двери кабинета. Вольф, как всегда, работал над бумагами за своим столом. Но едва Ия вошла, как директор привычным движением освободил стол и сосредоточил всё своё внимание на девочке.
— Добро пожаловать, — Вольф оскалился и жестом предложил Ие присесть.
— Добрый вечер, директор.
— Ия, я хочу сказать, что восхищен вашими успехами на занятиях. Особенно, я слышал, вам удаётся боевая магия и верховая езда?
— Преподавателям со стороны виднее, — осторожно проговорила Ия. — Но благодарю за похвалу, директор.
— Поверьте, она вполне заслуженная. Давайте перейдём к делу. Сегодня я предложу вам попрактиковаться в том же заклятии, что и в предыдущую нашу встречу. Помните?
— Разумеется, господин директор. «Инвитус».
— Взяли ли вы с собой перстень?
Ия кивнула, и Вольф продолжил инструктаж.
— В этот раз заклятие будет иметь одну особенность. Вам нужно будет попробовать сотворить его на расстоянии. Объектом будет тот же человек — Герман Ружинский. Сейчас он находится в своей комнате, в левом крыле особняка на втором этаже. Произнеся заклинание, попробуйте проникнуть в его сознание. Увидеть то, что видит он.
Ия кивнула, прикрыла глаза, сосредоточилась и произнесла: «Ми импруденте эт инвито». Миг и девочка словно оказалась в той же комнате, что и тогда. Она лежала в кровати и читала книгу по магическим искусствам. То есть, конечно же, не она, а знакомый ей волшебник. Да только ощущения были невероятные. Она почувствовала сытость, чего ощущать никак не могла, потому что толком не поела за ужином. Ещё Ия почувствовала усталость и небольшую боль в суставах, и это показалось ей привычным, словно случилось не в первый раз.
«А теперь постарайтесь заставить его заснуть!» — услышала Ия голос у себя в голове. Она мысленно приказала векам отяжелеть, телу расслабиться, ощутила, как книга выскальзывает из рук, и поняла, что Герман Ружинский спит.