– Ты наверняка голоден, – улыбнулся Тилениум.
– Ужасно, – ответил Тед.
– Эллис, а где Гортензия? – спросил Джеффри.
– Еще спит. Она очень устала.
Волшебник Тилениум провел Теда в столовую, где его уже ждали рыба, сыр, оливки, свежий хлеб и вино, разбавленное водой.
– Приятного аппетита.
– А вы?
– Мы уже пообедали. Садись, Тед, – сказала Эллис.
Тед устроился на ложе.
– Эллис, побудь со мной, – попросил он.
– Конечно, – Эллис села рядом с Тедом, а Джеффри, пожелав ему «приятного аппетита», пошел к Гортензии. Он так и не решился поговорить с волшебником Тилениумом о том, сможет ли Гортензия перенестись вместе с ним.
После обеда, все собрались в зале, чтобы рассказать волшебнику Тилениуму о своих приключениях. После рассказа Джеффри решился:
– Волшебник Тилениум, я хотел бы поговорить с вами.
– Конечно. Я тебя слушаю.
Джеффри посмотрел по очереди на Теда, Эллис и Гортензию:
– Извините, друзья, я хотел бы поговорить с ним наедине.
– Конечно, Джефф.
Тед, Эллис и Гортензия вышли. Джеффри собрался с духом и начал нелегкий разговор.
– Мы выполнили свою миссию, волшебник Тилениум, и хотели бы вернуться домой. Но, как вы заметили – с нами девушка. Она не волшебница и она из этого времени. У нее была тяжелая судьба. Но я люблю ее, а она – меня. Я хочу забрать ее с собой. Это возможно?
Он со страхом и нетерпением ждал ответ. Волшебник помолчал, вздохнул и сказал:
– Мне очень жаль. Она – человек этого времени. И если она переместится на две тысячи лет вперед, она превратится в прах.
– О нет! Что же мне делать? Я не могу остаться, а она не может прийти в мое время. Если я вернусь домой, ее сердце будет разбито. Что она будет тут делать? Вернется в лупанарий? Нет, я не хочу, чтоб она страдала. Она дорога мне. Я хочу, чтоб она была счастлива.
Джеффри сел и закрыл лицо руками.
– Если хочешь, она останется со мной, и будет мне дочерью? Я позабочусь о ней.
– Спасибо. Но она все равно будет страдать от разлуки со мной. Впрочем, как и я.
– Я изменю ей память. У нее будут только счастливые воспоминания. Ты согласен?
Джефф тяжело вздохнул.
– Да, я согласен.
– Но и ты будешь страдать. Хочешь, я сотру с твоей памяти ее образ?
– Нет. Ни за что. Да, я буду страдать, но пусть ее образ навсегда останется со мной.
– Хорошо. Как скажешь.
– И еще. Я ей скажу, что все в порядке. И, с вашего разрешения, мы проведем у вас этот день и эту ночь. Завтра утром отправимся домой. Вот тогда и сотрете ей воспоминания. И уходите отсюда. Завтра в полдень будет извержение вулкана, и Помпеи перестанут существовать.
– Хорошо, Джеффри.
С тяжелым сердцем Джеффри поднялся наверх. Завтра он потеряет Гортензию. Навсегда. Он выдавил из себя улыбку и вошел в комнату, где его ждали друзья.
– Все в порядке. Завтра утром возвращаемся домой. И ты, любимая.
– Правда? Как я счастлива! – воскликнула Гортензия.
Она вскочила и обняла Джеффри.
– Почему завтра? – спросил Тед. – Завтра будет извержение.
– Мы успеем. Вы не представляете, как бы я хотел помыться. Интересно, у волшебника Тилениума есть купальни? Не идти же нам в термы.
– Я узнаю, – сказала Гортензия.
– Спасибо, моя любимая, – поблагодарил Джеффри. Гортензия вышла.
– Значит все в порядке, Джефф? Она перемещается с тобой? – спросил Тед.
– Нет.
– Нет? Но ты только что сам сказал, – сказала Эллис.
– Я не хотел ее расстраивать. И поэтому мы перемещаемся завтра. Я бы хотел еще побыть с ней. Вы не против?
– Что ты. Завтра так завтра. Но она будет страдать, – заметил Тед.
– Нет. Она останется с волшебником Тилениумом. И он сотрет ей воспоминания обо мне, и о её прошлой жизни.
– А ты?
– Я? Гортензия навсегда останется в моем сердце.
– Не переживай, Джефф. Время лечит. Ты ещё будешь счастлив, – сказала Эллис.
– Надеюсь.
Вошла Гортензия.
– Все в порядке. Можете идти мыться.
– Спасибо, Гортензия. С удовольствием смою с себя всю грязь пещеры колдуна, – поблагодарил её Тед.
– Спасибо, любимая.
– Эллис, я приготовила купальни и для нас, – сказала Гортензия.
– Здорово!
День продолжался, Джеффри все время был рядом с Гортензией. Он не упускал случая целовать и обнимать ее. Потом была чудесная ночь, которую они провели вместе. Тед с удовольствием перебрался в комнату к Эллис.
Наступило утро – утро разлуки. Джеффри проснулся рано. Его любимая все еще спала у него на плече. Он боялся пошевелиться, чтоб не разбудить ее. Так они лежали несколько минут. Вот и она блаженно вздохнула и открыла глаза.
– Джеффри, как я счастлива!
– И я.
Он обнял ее и прижал к себе. И вновь мгновения любви дали им крылья. Джеффри знал, что это был последний раз в их жизни, когда они были вместе. Но все когда-нибудь заканчивается, особенно хорошее. В дверь постучали.