- Мисс Мария, вы бледны. Вам не подходит здешний климат?
- Океан прекрасно наполняет воздух свежестью, но вы правы, к климату нужно привыкнуть, - ответила я.
- Я могу порекомендовать вам хорошего врача.
- Нет, спасибо, - резкость в голосе не понравилась мне самой, но Скотту придется это пережить.
Воцарилось молчание, во время которого мне вдруг стало неудобно за свое поведение. Мужчина помогал, и я была обязана сдержаться. Чтобы исправить ситуацию, заговорила:
- Простите, я просто действительно плохо сплю, но врач не нужен.
Признание далось с трудом, но я не жалела о нем. Сдавалось, что произнеся вслух то, что скрывала ото всех, я освобождалась от проблем.
- Вы вспоминаете Алекса? - спокойно спросил адвокат. - Ваш жених из этих мест?
На его лице не дрогнул ни один мускул. Только внимание в глазах служило признаком заинтересованности.
- Алекс Стоун, владелец нескольких ювелирных салонов в Нью-Йорке и Новом Орлеане.
- О, я знаю господина Стоуна, - кивнул мужчина, а я обрадовалась.
- У него была жена и в скорости после родов умерла, - продолжил Скотт. - Не знал, что в свои шестьдесят лет он надумал жениться. Что ж могу его понять. Жаль, что случилась эта трагедия.
Я вздернула подбородок и с достоинством посмотрела на собеседника. Невозмутимость адвоката меня смутила. Он знал о ком идет речь, но человек, о котором говорил Джон, с образом Алекса не имел ничего общего. Потупила взор и задумалась. Сердце сжалось в предчувствии опасности. Ребекка ясно давала понять высшему обществу 'Титаника', что господин Стоун именно тот за кого себя выдавал. Алекс рассказывал истории из жизни работы в магазине и клиентов, не называя имен. Все только догадывались, о ком шла речь, предполагая разное, но было весело.
- Кольцо подарил вам он? Это сразу видно, что старинная работа. Иероглифы и завитки. Я немного разбираюсь в этом. Поверьте на вашей ручке по-настоящему старинная вещь, которая стоит целое состояние. Наверное, обручение было выше всяких похвал.
Я смутилась, вспоминая трактир. Особенно восхитительным преподнесение кольца тоже не назовешь. Да и подарила, получается, перстень мне та гадалка, а Алекс натянул на палец. Я вздохнула и промолчала. В голове прочно засели сомнения. Пришлось погрузиться в раздумья, но они не радовали.
- Мария, а вы можете рассказать мне про мать девочки? - задал вопрос адвокат, вырвав меня из размышлений. - Как вы познакомились и стали опекать малышку? Это необходимо для оформления документов.
- Да, конечно.
Я вздохнула и рассказала о знакомстве с Анной и ее мужем. Упомянула о сложных отношениях Стива с сыном и о том, что парень уцелел, сойдя с корабля. Рассказ об убийстве семьи собеседник выслушал с особым интересом.
- Получается, вы отдали ей свое платье? - спросил Джон.
- Да. У Анны было одно платье, и я решила сделать ей подарок. В этом нет ничего предосудительного.
Сама не знаю, почему начала защищаться, словно мое поведение было неправильное. Сердце сжалось в предчувствии чего-то неотвратимого. Хорошее это будет или дурное решит Судьба, но оно обязательно наступит.
- Простите, что возвращаю вас в те ужасные дни, но я вынужден это сделать, Мария.
Джон Скотт наклонился вперед и накрыл своей ладонью мою. Я подняла на него взгляд и увидела заботу и сопереживание в глазах мужчины. Тоска по возможности довериться кому-то, быть нужной затопила все мое существо. Я отчаянно нуждалась в тех, кто поможет мне, и Джон своими действиями показывал, что готов к этому. Но склонна ли я? Думаю, нет, не расположена к другим отношениям. Нервно сглотнув, медленно вытащила руку из теплых объятий ладони Джона. Англичанин все понял и, улыбнувшись, откинулся на спинку кресла.
- Значит, убийство в вашей каюте было двойным, - рассудил адвокат. - Что-нибудь вам показалось странным в нем? Понимаю, вы были не в том состоянии... Увидеть нечто подобное это... Но может ваш взгляд зацепился за какую-то мелочь, что могло показаться странным?
- Да, - кивнула я. - Тогда я подумала: почему на убитой горничной мое платье?
- Я правильно вас понял: на ней было ваше платье? - переспросил мужчина.
- Все верно. Не подумайте обо мне плохо, мне не жаль туалет, просто сначала Анна умерла в подаренном мной наряде, а потом...
Я не смогла продолжить. Тяжело вздохнула и замолчала. Снова вернулась в тот день и поняла, что это не могло быть простым совпадением. Погрузилась в воспоминания и осознала, что оба раза меня спас случай. На месте погибших женщин могла оказаться я. Смятение и страх заволокли разум. Внутри поднималась паника. Хотелось бежать, куда глаза глядят, но подальше из страны, от проблем. Возникло желание кинуться в ноги к Софии Николаевне и умолять дать мне возможность остаток жизни просуществовать во флигеле на территории ее усадьбы.