Боже!
И почему я сразу не удалила эту фотографию?
Тело бросает в пот, а ладони начинают подрагивать. Что, если Ник сольет этот снимок в Сеть? Катастрофа. Я сгорю со стыда. А если это увидит мама, то мгновенно отправит меня в частную школу для девочек при церкви.
Отложив камеру, я выскакиваю из класса журналистики и спешу к выходу. Толкнув дверь на улицу, я нахожу Ника у велопарковки, он взмахивает рукой, словно знал, что я вернусь быстро.
Злость обжигает меня изнутри, и я до боли впиваюсь ногтями в ладони, призывая себя успокоится.
— Сколько ты хочешь? — спрашиваю я, подходя ближе.
— Свиданий?
— Денег. Сколько денег ты хочешь, чтобы эти снимки никто и никогда не увидел?
Спрятав ладони в карманы джинсов, Ник перекатывается с пятки на носок.
— Прости, Баунти, — он цокает, — не вижу связи во всем сказанном.
— Ты ляпнул про голубой цвет, — напоминаю я, загибая пальцы, — точно видел фотографии у бассейна…
— И это лучшее, что я видел за всю свою жизнь.
— Следовательно, — продолжаю я, игнорируя его слова и свое желание влепить пощечину, — ты собираешься шантажировать меня и хочешь попросить денег.
— Мне не нужны деньги.
Улыбка на его губах приводит меня в ярость. Он что, намекает на что-то грязное? В долю секунды мои эмоции овладевают телом и ослепляют, рука взлетает словно сама по себе, и я даю Нику Роверу звонкую пощечину. Такую сильную, что напряженная ладонь гудит после удара.
Спустя секунду приходит осознание: я ударила парня из «Мемфиса». Чем он ответит? Ударит в ответ? Толкнет? Плюнет в лицо? Развесит мое вульгарное фото по всему городу?
— Ауч! — Потирая покрасневшую щеку, Ник смахивает упавшую на глаза челку и неожиданно для меня смеется. — Это за что?
Полностью парализованная страхом, я не могу сдвинуться с места.
— Не знаю, что за грязные мысли у тебя на уме, но я не буду делать ничего из этого, понял? — мне хочется звучать смело, но дрожащий голос подводит. — Максимум, что я могу тебе предложить — деньги.
— И зачем мне деньги?
— Не знаю, купишь себе новые кеды, — пожимаю плечами я, указывая на его обувь. — Если не устраивает, то я с радостью пойду в участок и расскажу о шантаже.
Замерев, Ник оглядывает меня с головы до ног, а затем его глаза испуганно округляются.
— Погоди, ты о чем вообще? — Выставив ладони, он делает шаг, но как только я вздрагиваю, то сразу останавливается. — Послушай, ты очень красивая, но немного с приветом, ты в курсе? Я и не думал шантажировать тебя никакими фото.
Моргнув, я смотрю на алеющее пятно на его щеке.
— Но ты сказал, что мне идет голубой цвет и…
— И не соврал. Рассматривал ли я фотографии? Да. Собираюсь ли шантажировать тебя красивыми фото? Нет. С чего бы мне вообще это делать? Там и шантажировать-то нечем. — Запустив ладонь в свои волосы, он взъерошивает их. — Господи.
Раскрыв рот, тут же закрываю его, потому что действительно не знаю, что сказать.
— Кстати, насчет денег на новые кеды. — Он отходит к газону и, наклонившись, поднимает скейт, а затем бросает его на асфальт и ставит ногу на доску. — Это обувь для катки.
Мне становится стыдно за то, что ляпнула про его обувь и намекнула на нужду в деньгах. Ладно, это было даже слишком низко с моей стороны.
— Ты не ответила на мой вопрос, — напоминает Ник, надевая очки.
— Какой?
— Что делаешь сегодня вечером?
— Эй, сволочь! — Из-за угла главного корпуса к нам направляются несколько парней из команды по лакроссу, Айзека с ними нет, но он может появится в любую секунду. — Какого хрена ты делаешь на нашей территории?
— Подождите, парни, я флиртую, — отмахивается Ник. — Если хотите понежничать со мной, то встаньте в очередь.
Отлично, я девушка капитана команды по лакроссу, а это значит, что сейчас парни будут отстаивать мою честь, а заодно заставят врага отвечать за то, что посмел зайти на территорию «Примроуз». Между нашими школами это считается преступлением, все равно что ввалиться в чужой дом без разрешения.
— Беги, — едва слышно прошу я.
Улыбка Ника становится шире, словно я сделала ему комплимент.
— Переживаешь за меня?
— Не за тебя, а за парней из нашей школы. Здесь повсюду камеры, у нас запрещены драки. Все строго, вплоть до исключения.
— А по-моему, я тебе понравился. — Повернувшись, Ник поднимает руку, показывая парням средний палец, а затем несколько раз отталкивается ногой от асфальта, набирая скорость на скейте. — Кстати, Баунти, — он указывает на свою щеку, — это было впечатляюще.