Выйдя на залитую солнцем улицу, я первым делом проверяю нет ли на парковке маминой машины. А вдруг она сейчас вернется? С моим везением так и будет. От одной мысли о встрече с мамой меня начинает потряхивать даже сильнее, чем в школьном коридоре. Пора уходить. Срочно.
— Проводить тебя до машины? — предлагает Микки, заметив мое замешательство.
— Меня сюда привезла мама, — отвечаю я, достав телефон. — Сейчас позвоню своему парню, он заберет меня. Спасибо тебе…
Черт возьми, от волнения я напрочь забыла ее имя, хотя только что помнила. Молли? Милли? Микки?
— Микки, — подсказывает она.
— Да, детка? — доносится в трубке голос Айзека, на фоне шумят парни, и я подозреваю, что сейчас он в раздевалке перед тренировкой.
— Сможешь забрать меня?
— Ты правда пошла в «Мемфис»? — спрашивает он после недолгого молчания. — Я думал, Мейсон шутит.
— Мама силком привезла, у меня не было выбора. Так что, заберешь?
— У меня сейчас тренировка, завтра игра. Ты же знаешь, тренер убьет меня, если пропущу тренировку. Почему не позвонила Мейсону?
С моих губ слетает нервный смех. Он издевается? Айзек ведь знает, где я и что прошу забрать меня не с шоппинга, потому что мне вдруг стало скучно. Хотя нет, он не издевается, он либо ставит тренировку выше меня, либо трусит приехать. И скорее всего, второе. Впервые в жизни меня так сильно злит его трусость. В момент, когда я больше всего нуждаюсь в своем парне, он решает спрятать голову в песок.
— Что значит «почему я не позвонила Мейсону»? Может потому, что для него приехать сюда все равно что выйти на боевую арену? А знаешь что, пошел к черту, я вызову такси!
Сбросив вызов, я оборачиваюсь и вздрагиваю, заметив Микки. Она все еще здесь? Почему не идет на урок?
Перетаптываясь с ноги на ногу, Микки с неловкостью смотрит на меня. Остановив взгляд на ее потрепанных кедах, я вспоминаю разговор девушек в туалете, они сказали, что хотят получить от меня деньги, может, Микки тоже хочет получить награду за помощь? Иначе почему она все еще здесь?
— Прости, у меня нет наличных, — оправдываюсь я.
— Что?
— Но я могу перевести деньги, — тараторю я, сдерживая желание добавить «только не бей меня». — Какой у тебя банк?
На лице Микки мелькает отвращение, она усмехается, а я не понимаю: ей не понравилось мое предложение или же банковские переводы в этой школе знак дурного тона?
— А знаешь, нужно было позволить тебе ответить тем девчонкам в коридоре и посмотреть, как они надирают тебе задницу.
Дерьмо. Она искренне хотела помочь мне, а я ляпнула про деньги. Идиотка!
— Боже, прости, я почему-то подумала… — запнувшись, я зажмуриваюсь, потому что не могу выдать вслух то, что подумала на самом деле. — Извини.
— Ничего, хорошей тебе дороги.
Взмахнув пальцами, Микки уходит, а я чувствую себя последней сволочью.
С такси выходит проблема, у меня недостаточно денег на карте, да и наличных тоже, остается общественный транспорт. Добираться до «Примроуз» придется с двумя пересадками на автобусе.
Разозлившись на этот день и на все вокруг, включая саму себя, я открываю чат с Айзеком и печатаю: «больше никогда не пиши и не звони мне». Отправив сообщение и выпустив толику злости, я чувствую себя чуть легче, но ненадолго, потому что замечаю, как на парковку заезжает мама.
Черт!
Наверняка она ездила за кофе или принять душ после комплимента о классной попке.
Сорвавшись к школе, я прячусь за кустовой изгородью и, пригнувшись, торопливо передвигаюсь вдоль стены, а затем заворачиваю за угол. Выглянув из-за укрытия, я с колотящимся сердцем смотрю на то, как мама паркуется. Она действительно собралась сидеть здесь весь день, как коп в засаде, попивая кофе?
Прижавшись спиной к стене, я раздумываю, что делать. Мне нужно в «Примроуз», чувство, что если не попаду туда прямо сейчас, то навсегда потеряю шанс вернуться.
Сделав пару глубоких вдохов, я собираюсь с силами и, пройдя еще несколько футов вдоль изгороди, раздвигаю ветки, чтобы выйти из укрытия. Лямка рюкзака цепляется за одну из веток, и я едва ли не падаю, громко чертыхаясь.
Позади раздается глухой стук. Обернувшись, я вижу в окне первого этажа Ника Ровера. Выставив указательный палец, он просит подождать и поднимает оконную раму.
— Шпионишь за мной, Баунти?
— Как видишь, — отряхивая свитер, я едва сдерживаю недовольный стон, увидев несколько зацепок на рукавах.
— Ровер, сядь на место, — раздается мужской голос.
— Не могу, мистер Кей, ко мне пришла поклонница.
В соседнем окне появляется пожилой мужчина и яростно грозит мне пальцем, прося убраться подальше и не срывать урок.