Чтобы не привлекать лишнее внимание, я посылаю вежливую улыбку преподавателю и, развернувшись, торопливо иду вдоль газона, направляясь к остановке.
— Подожди! — окликает Ник.
— Ровер, немедленно вернись! Предупреждаю, я позвоню твоему отцу!
Обернувшись, я вижу, как Кретин выбрасывает рюкзак в окно, а следом вылезает и сам. К окнам сбегается толпа его одноклассников, а я прибавляю шаг, чтобы поскорее сбежать.
— Куда идешь? —спрашивает Ник, равняясь со мной.
— Не твое дело.
— Просто пытаюсь поддержать разговор и понравиться тебе.
— Спасибо, но у меня на тебя другие планы.
— Например?
Мне не нужно смотреть на него, чтобы знать, что он улыбается.
— Например, пересекаться с тобой как можно реже. Так что займись чем-нибудь привычным, позади парковка с кучей машин, можешь разрисовать их баллончиками. Или до смерти попугать людей в темном лесу.
Проскользнув вдоль школьных автобусов, я сворачиваю к остановке, а Кретин все не отстает.
— Слушай, я все понимаю, но могла бы ты быть со мной чуть помягче? Ты слишком груба с человеком с больным сердцем.
Замедлив шаг, я оборачиваюсь.
— Что, прости?
— Проблемы со здоровьем с самого рождения. — Сморщив нос, Ник потирает грудь. — Еще я жутко тревожный, часто нервничаю, а это большая нагрузка на сердце. И поверь, твоя грубость действительно заставляет меня нервничать.
— Ты серьезно? — После его короткого кивка, я чувствую себя стервой. — Боже, извини…
Замерев, я встряхиваю головой.
— Ты капитан «Пираний», кто допустил бы тебя до спорта с таким диагнозом!
Кретин усмехается, и я изо всех сил подавляю порыв ударить его рюкзаком прямо по голове.
Отмахнувшись, я сажусь на остановку. Может, стоит подождать автобус подальше отсюда? Вдруг мама решит уехать и увидит меня прямо здесь?
— Ты будешь ждать автобус целую вечность. — Ник присаживается рядом, а я демонстративно отодвигаюсь подальше.
— В расписании говорится, что он ходит каждые пятнадцать минут.
— Ну-ну, — усмехнувшись, Ник прислоняется затылком к стеклянной стенке. — Впрочем, мне это на руку, проведу больше времени с тобой.
Он достает из кармана пачку и вытягивает сигарету зубами.
Фу, ненавижу запах сигарет.
Посмотрев на меня, Ник вскидывает бровь. Меня жутко раздражает его взгляд, такой, будто этот парень постоянно едва сдерживает смех.
— Не нравятся курящие парни?
— Не нравятся курящие люди.
Хмыкнув, он чиркает зажигалкой. Горький дым словно оседает у меня в горле и носу, я двигаюсь по скамейке до тех пор, пока не оказываюсь на самом краю.
— Никто не обижает? — внезапно спрашивает он, глядя перед собой.
— Ну, есть один сталкер, преследует меня, даже выпрыгнул из окна прямо на уроке и увязался за мной.
Оживившись, Ник садится вполоборота.
— Красивый?
— От него несет сигаретами. Жуткий тип.
— Но красивый.
Да, с этим не поспоришь.
— Нет, — цокаю я.
— Не знаю, как ты оказалась здесь, но тебя никто не тронет, Бэйли. Я об этом позабочусь.
Какое-то время я смотрю на Ника и впервые за все время наших коротких встреч на его лице нет желания рассмеяться, поэтому я хватаюсь за его обещание, как за последнюю нить надежды, чтобы не свихнуться от страха.
— Спасибо, — почти шепчу я.
Брови Ника удивленно и слишком утрированно поднимаются, а уголок губ ползет вверх. Солнце падает на его лицо, отчего ярко-синие глаза напоминают два неоновых огонька.
— Ты правда не носишь линзы? — вырывается у меня.
Выдохнув дым, он пожимает плечами.
— Хочешь посмотреть поближе и узнать правду?
Я бы отодвинулась еще дальше, если бы было куда. Скрестив руки на груди, я качаю головой.
— Спасибо за заманчивое предложение, но лучше откажусь.
Хлопнув ладонями по бедрам, Ник поднимается.
— Это будет интересно, Бэйли Шепард.
— Что именно?
— Добиться тебя.
Рассмеявшись, я поворачиваю голову, проверяя, не едет ли автобус.
— Не трать время зря.
— И не планировал.
Подмигнув, Ник взмахивает рукой и молча уходит, оставив меня в ступоре. Я боялась, что он прилипнет ко мне и увяжется в автобус. Может, он наконец-то понял, что бессмысленно флиртовать со мной и у него нет шансов?
Проходит двадцать пять минут, а автобуса все нет. Кажется, Ник не шутил, сказав, что я целую вечность буду ждать здесь. Боюсь, что мама в любую минуту устанет быть моим надзирателем, решит уехать и увидит меня здесь. Готова поспорить, что в таком случае она за руку притащит меня в школу и будет лично водить на каждый урок.