Андрей тогда ничего не ответил. Умышленно или нет, но он промолчал. И я недолго думая, попросил ребят меня прикрыть на полевых работах и рванул к границе. Взял у бабушки Маргариты велосипед и уже знакомой мне дорогой поехал проверять то, о чём умолчал проводник. Добравшись туда, бросил транспорт на обочине, и...Не смог сделать ни одного шага дальше. Не было никакого намёка на силовое поле, или какую — то мутную «стену». Просто я не мог заставить себя сделать ни шага дальше.
- Бесполезно, молодой человек, - прошамкал кто-то рядом.
- Извините, - я повернулся и увидел деда, который по возрасту наверное застал ещё крещение Руси.
- Бесполезно, чей-то непонятного говорю, - повторил дед. - Не выйти туда. Аномалия у нас, токмо Андрюшка может провести. Его может и Маргушу пропустят, или Василиску. Ну или ещё кто у нас тут близкий к земле. А остальным ходу нет.
- Совсем нет? - обалдело переспросил я.
- Чегой-то непонятного тута. Совсем нет, - дед кажется обиделся и бодро заковылял к дому.
Я еще несколько минут таращился ему вслед. Вот блин, сплошные загадки и ни одной разгадки. Машина, на которой мы приехали с Лёхой и Сергеем стоит до сих пор там. Наверное аккумулятор уже сдох. И никаких тёмных личностей вокруг неё, небо чистое, как будто бы ничего «Там» и не происходит. Кошка! Кошка прошла. Даже не заметив, что есть какое-то препятствие. Это только людям нет ходу? А если то, что люди руками производят?
Я поднял велосипед. И уже когда тот бодро проехал по асфальту несколько метров и упал за границей «стены», я проклял себя и всё, чем думаю. Велосипед лежал, казалось, дойти пару метров. Но увы. Я растерянно посмотрел на дом деда, тот стоял и качал головой, мол, чего с бестолочи взять можно. Потом махнул рукой и ушёл в дом. Я еще немного посмотрел на велосипед и уныло побрёл обратно. Надо было возвращаться, и так уже полдня прошло зря. Я шёл по теплому асфальту и вспоминал свою первую поездку. Сколько времени прошло, а тут ничего не изменилось.
К середине дороги, когда я одолевал серпантин, по которому мы приехали сюда, я присел к склону. Странное ощущение было бытности. Как будто ты сам был частью этой природы. Пахло травой, воздух был чистым — чистым, и очень свежим, как будто бы и не было всех этих убивающих озон предприятий, не было чадящих автобусов вокруг, и тысячи курильщиков не затягивались стольким количеством сигарет раз в сутки. Прямо идеальное место для последнего пристанища в жизни.
Я немного разомлел, и не заметил, что рядом со мной остановилась машина. Очнулся, уже когда кто-то хлопнул дверью, выходя из неё.
- Подобру тебе путник, - сказал Андрей (оказалось, что это был он)
- И тебе привет, если не шутишь, - ответил я в тон.
- Далече идёшь? - спросил он. Глаза были хитрые такие, с чертовщинкой. Как будто бы он уже знал о моих злоключениях.
- От границы иду, - понуро ответил я, избегая смотреть ему в глаза. Ну как я буду объяснять свою глупость.
- Ты же вроде на велосипеде уехал? - спросил он подсмеиваясь. - Продал кому?
- Нет, - я неожиданно разозлился на самого себя. - За границей он, у машины нашей лежит почти.
- Так я и думал, - утвердительно хмыкнул он. - Маргарита Павловна расстроится, велосипед ей дорог очень. Придётся с тобой оболтусом прокатиться.
- Я бы и сам мог. Но не смог, - я пытался оправдаться, но выходило как-то коряво.
- Может и сможешь, - загадочно произнёс Андрей. - Садись, поехали. Заодно машину перегоним, а то сгниёт там, и поминай как звали.
Мы тогда быстро управились. За границей нас встретил мрак, и эти странные существа, про которых сейчас упомянула Бригида. Пока Андрей перегнал машину, я остался снаружи, чтобы вспомнить мир, в котором жил до всего этого. Жутко все же было здесь. Сами краски потускнели, деревья, земля и все, что меня окружало, напоминало двигающуюся тень. Стало совсем неуютно, и когда вернулся Андрей, я уже с радостью покинул эту негостеприимную территорию. Вернулись мы уже в полной тишине, каждый выезд за пределы зоны оставлял не лучшее впечатление.
Из моих воспоминаний меня выдернуло появление Василисы в зале. Она рассеянно кивнула нам, и проталкиваясь через людей, направилась в комнату для совещаний. Громко сказано конечно было, но нужно было где-то обсуждать стратегически важные планы. Вскоре появился и Андрей. Он сказал, что мы тоже должны присутствовать, что было для нас внове. Обычно собирались «старейшины» деревни, как мы их окрестили. Но, видимо мы «подросли» для взрослых решений и принятия жизненно важных решений. Лёха покачал головой, видимо он считал всё это фарсом высшего масштаба, но ничего не сказал вслух.