Завет первый. Глава первая. Часть первая. Кто не спрятался...
«Я в детстве спрятался в шкафу,
А шкаф стоял в таком углу,
Что безобразная Луна
Его лизала из окна....»
Из плейлиста Сергея — группа Агата Кристи «Ползёт».
- Ваорох! Ваорох! – женщина гневно звала кого-то за окном. – Иди домой, Мрак тебя забери. Скоро твари уже наползут.
Подросток отложил орудие и вздохнул. Ну вот, только выдастся свободная минута, а уже нужно прятаться. Но она права, если Тьма придет, а ты не готов, то пиши пропало. Или воины накроют из чужого клана, и заберут прислуживать, или существа с пика позавтракают. И пропадешь. Ему уже минуло шестнадцать потоков, но он еще ни разу не был в настоящем бою, ни с теми, ни с другими. Некоторые из его собратьев по клану косо смотрели на него, так как не понимали, почему он не убивает. Но после того, как он смог победить сразу семерых «дхенгов», он понял вдруг, что силы в его руках хватит побороть любого из них. Но при этом он ценил жизнь, жизнь друзей, врагов, и даже презренных сореков, которые жили среди них. Но при этом он понимал, что он рожден от воина, и другого пути, кроме как быть воином, у него не было.
Наверное поэтому он сочувствовал сорекам. У них тоже не было другого пути. Потому как ребенок, родившийся от помощника воина, так и будет воспитан сореком. Законом клана не запрещалось становиться воином, сореком, или колдуном. Но вот захотелось ли бы ребенку покидать тот круг, в котором он вырос? Наверное нет. Отец много раз говорил, что нет чести в том, чтобы сбежать из битвы, но хуже, если ты сбежишь, и не сможешь вернуть честь, которую ты потерял, избежав битвы. Он завернул оружие в мешковину, и спрятал под рубахой. Сейчас они закроют дверь, ставни, и будут до рассвета жечь масляные лампы, прогоняя диких животных из Тьмы. Останется только дожидаться…
Вдруг чуткий слух подростка уловил звуки боя. Рычали керцы, животные из равнин, к грозному рыку добавился скулящий, как будто бы животное ранено.
- Идите ко мне, дети многократно рожавшей свигири, – раздался вдруг зло и с задором девичий голос в той же стороне.
Ваорох не стал думать, крикнул матери, чтобы запирала пока ставни и рванул в ту сторону. Он только - только разошёлся со своей избранной. И его не связывала больше клятва о неприкосновенности. Поэтому он поспешил, несмотря на то, что вокруг сгущалась Тьма, спасительная для воинов тени и опасная для непосвящённых. Рядом мелькнула тень, над кустарником, бок о бок с ним летел его верный товарищ. Он заглянул в глаза Ваороху и получив мысль, взлетел и ускорился. Красиво летит, шельмец. Он быстрее будет на месте.
Десяток шагов, еще, и, споткнувшись о лозу, Ваорох вылетел на поляну. На него развернулись десятки голодных огоньков глаз. А за ними, спиной к скале, стояла девушка, длинным лезвием отмахиваясь от очередного керца. Периарец отвлек от неё часть стаи и прихрамывая, уводил в сторону. Молодец, правильно сыграл.
Ваорох достал из-за пазухи оружие с кривым заостренным лезвием и сходу вломился в стаю, раскидывая керцев и пробивая себе дорогу к девушке. Та уже порядочно устала и меч едва успевал ударить.
- Ты как? – он закрыл её спиной и отбил очередную особь, разорвав той горло.
Затем он поднял её и кинул в сторону животных. Керцы зарычали, некоторые заскулили, кажется стая увидела в нем серьезного противника. Вернулся Клеонкар через мгновение, и приземлился рядом с ним. Стая отступила.
- Болото. Тонут. Все, – образами показал ему то, что происходило, периарец.
- Ты молодец, – похвалил его Ваорох. - Теперь осталось только разобраться с этими.
Стая отступала. Вожак принял решение, и керцы медленно отходили. Интересно, что выгнало такую крупную стаю в это мрачное место. Обычно они неохотно сходят со своих земель. Да и конкуренция здесь, не позавидуешь. Он вспомнил о девушке и резво повернулся. Та лежала на земле и тяжело дышала.
- Ты в порядке? – Ваорох дал ей руку и она оперлась на неё. Руки и ноги были в укусах и царапинах, но колдуны вылечат. Они всё вылечат, даже не-жизнь. Девушка смотрела на него и молчала.
- Я Ваорох, – он показал на себя. – А вот это симпатяга, Клеонкар. Он мой друг и защитник.
Периарец фыркнул, и сделал кульбит через голову, неуклюже приземлившись на траву. Девушка рассмеялась.