Воин достал оружие. Провёл по воздуху перед ними, чтобы звук острого лезвия добрался до любопытных ушек. Те хорошо были знакомы с орудием убийства, поэтому резко отступили, стрекоча и переговариваясь между собой. Спиной к ним точно поворачиваться нельзя. Литернорки отступили и вся потревоженная стая, щелкая и переговариваясь, волной двинулась во тьму. Таак. Что-то мне это совсем не нравится. Соображай, что не так.
Тьма спустилась, пока он бродил по лесу. Солнце почти зашло, и густые вековые деревья скрыли от него пришествие опасности. Темнота начинала оживать. То там, то тут, стали слышны шорохи и скрежет. Ваорох убрал оружие и рванулся к селению. Уже тогда он понял, что это решение было одним из глупейших в его жизни. Но уже ничего нельзя было поделать. Тело торопилось спастись, торопилось обогнать саму смерть. Еще, еще, около ста льенгов. Тьма как будто бы разворачивала к нему свое лицо. Привычное, скорбное, ужасное. Он уже был отравлен ею, но не принадлежал ей никогда.
Под ногами хрустели листья, ветки, сердце билось в сумасшедшем темпе. Еще один поворот, Ваорох едва не влетел в дерево. Ветки потянулись к нему, желая схватить, выпить жизнь, подарить тьме ещё одну марионетку. Прочь! Он ударил вслепую скрещенными пальцами, вызывая вспышку света. Заскрежетало, ветки ударили словно хлыст и отступили. Негоже шанда провоцировать. Нет привычки, и не будет уже. Нужно смотреть за временем. Нет ещё в его коже столько тьмы, чтобы быть для неё неприметным. Исправим. Ещё поворот. Тень! Ваорох не стал останавливаться, выбросил из ножен меч, ударил на ходу. Силуэт зашипел, пытаясь удержать разваливающуюся голову и упал. Просвет! Селение.
Он сходу взлетел на крышу первого дома и…провалился. Обшивка не выдержала веса и Ваорох застрял, увязнув в хитроумных креплениях крыши. Снизу раздался испуганный взвизг. Ещё чего не хватало! Сейчас не Тьма, так люди прикончат. Но никто не стал покушаться на его нижнюю часть. А верхняя была освещена достаточно, чтобы уже не бояться медленного переваривания Тьмой. Так он и сидел до утра, пока его не высвободили, он даже выспаться успел.
Тогда он починил крышу и извинился перед хозяевами. Те понимающе его выслушали, сдерживая смех. Он и сам понимал, насколько комично всё выглядело. Эта история ходила ещё долгое время в селении. Теперь наверное он как никто другой понимал, как важна крепкая крыша для любой неприятности. Надо было возвращаться.
Он протиснулся в окно. Сергей и Алексей ждали его в комнате. В их эмоциональном фоне произошли перемены, они были рады, что он жив и спокойно добрался обратно. Еще они сожалели, что ради «этой чёртовой отравы» зря рисковали его жизнью. Вслух произнесли только «спасибо» со странным ритуалом рукопожатия. Ну может не такие они и пропащие. Может быть и их ритуал «бУхать» перед лицом опасности и имеет место на жизнь.
- Идём! - произнёс он вслух. Кажется только колдун уловил его эмоциональное смятение. Ваорох подхватил ящик рукой и кивнул в сторону выхода. Дружно на выход из здания и с нужными вещами. Так вроде бы здесь говорится. На выходе из комнаты он чуть подзадержался и посмотрел в сторону окна. Где — то там его ждала наречённая. Ваорох чувствовал, что она жива, чувствовал, что она его ждет где-то на выходе из леса. Завтра он сможет отправиться в путь к ней.
Часть третья. Враги и друзья в темноте.
«И с другом и с врагом ты должен быть хорош!
Кто по натуре добр, в том злобы не найдешь.
Обидишь друга — наживешь врага ты,
Врага обнимешь — друга обретешь...»
Омар Хайам «И с другом и с врагом ты должен быть хорош».
- Мы вернулись! - радостным голосом произнёс я очевидность. При нашем появлении все оживились. Вот что водка живительная с людьми делает. Ещё не выпита, а народу уже легче. Серж видимо положил Василису где-то и вернулся. В комнате появился Олег, видимо выспался, Маринка, паренёк с которым мы ехали в машине и боец из «бригады» Семёнова. Он о чём-то уже болтал с Сержем. Капитан не очень одобрительно взирал на эту картину, но не встревал. Видимо за сегодняшний вечер шаблонность бытия сломалась.
- Что там случилось? - встревоженно произнёс Олег, обращаясь ко мне. - Такой ужас творился. Все проснулись разом.
- Да это наш воин решил стариной тряхнуть, - ехидно произнёс старик. - Поохотиться решил. Мяса для пиршества добыть.
- Ты это, хорош, Мириогн, - угрюмо произнёс воин. - Понял уже и с первого раза.
- Я для закрепления, - похлопал его по боку колдун. - Не держи на меня зла. Старый я уже. Привычки не самые хорошие остаются.