- А вы не так живёте? - спросил Андрей. - Насколько я понимаю, вы живёте бок о бок с тьмой.
- Ты думаешь, тьма — это зло? - «болотник» иронично посмотрел на проводника. - Думаешь, кто — то в силах познать то, что защищает живых и провожает слабых? Тогда ты ничем не отличаешься от тех, кто ещё по ошибке дышит воздухом.
- Может без оскорблений? - Андрей ничем не показал, что его задела данная фраза. - Я в конце — концов просто хочу, чтобы на этой территории не было убийств и крови. Для того, чтобы мне хоть немного разобраться в ситуации между вашими… «племенами», мне нужно быть в курсе. В конце концов, у нас у всех один враг.
- У нас нет врагов. - усмехнулся «болотник», вставая и давая понять, что разговор окончен. - Как и друзей. А всё, что кроме, просто вредит жизни.
Нда, поговорили. Чего они все муторные такие. Жили же спокойно, нет, начали валиться на голову всякие психи. Так, всё, перекур к ядрёной фене. Надо собраться и обсудить план действий. Нужно выручать Василису с остальными. Но и оставлять весь этот бардак самотёком нельзя. Нельзя, чтобы проливалась кровь. И что бы там не говорил «болотник», цену жизни они знают.
Маргарита Павловна смотрела на проводника. Она как будто физически чувствовала его терзания. Впервые за долгое время. Он не знал как поступить и как его поддержать, она не знала. Он взял на себя ответственность за смерть молодёжи, чтобы спасти то, ради чего они жили эти годы взаперти.
Паруах в составе группы из пяти, похожих друг на друга карлов, подошёл к Андрею.
- Мы это, готовы. Пойдем с нами, может работа чуть тебя освободит от мук совести. Сгоришь ведь. Мы вам поможем, чем сможем. А насчёт племени с болот, не мучайся. Они неплохие, если их не трогать. Просто их образ мыслить немного другой, не как у остальных. Тьма меняет людей.
Андрей не смог ничего ответить. Кивнул, обозначая согласие. Может быть и правда нужно было чуть - чуть размяться и отложить важные решения, может быть… Паруах пихнул его в бок, весьма болезненно. Видимо, не любил сантименты. Дожили, всякие странные коротышки из иных миров в чувство приводят.
- Паруах. - сказал Андрей. - Расскажи о вашем мире.
- Нашёл тоже сказителя. - проворчал карл. - Мы же с гор и не ходим никуда. Тебе бы с той мелкой засирохой поболтать. Она уж точно болтовнёй не обделена.
- Ну всё же что — то знаешь. Что в мире происходит, может быть легенды вашего племени расскажешь. - попросил Андрей. - Ну и если есть легенды о создании мира, я бы был благодарным слушателем.
- Легенды, говоришь. - басом отозвался один из карлов. - Ну этого у нас в достатке. Легенды начала мира начинаются с того, что существовал Мрак — отец всего сущего, и была напротив него Тьма, что была матерью всего сущего. И от их союза появился свет. Свет, который нам светит с неба и развевает Тьму. Тьма его мать, поэтому уступает его сиянию. А когда Свет проживает свой цикл, и уходит на покой, его мать становится на охрану живых. Кое — кто из учёных мужей утверждает, что это большой огненный шар в пустоте, но как может шар висеть в пустоте? По — моему, это выкашляк дурной головы. А потом у Света появились дети, вроде как Андогор, бог камня, Великар, бог воды, Регисса, богиня воинов, Семерра, богиня сущего.
- Постой, ты говорил про Мрака. - Андрей перебил карла. - Куда же он делся из легенды?
- А никуда. Он просто стал тем, кто охраняет баланс. - карл пожал широкими плечами. - Смотрит за живыми, за сменой Тьмы и Света, когда баланс нарушается, он приходит и приводит его в порядок. Будешь слушать дальше, великан?
- Прости. Не хотел перебивать, просто хотел уточнить. - смутился Андрей, то - ли от слова великан, то — ли от того, что перебивал.
- Сарркхеро! - воскликнул карл. - Слушай дальше. У Света было четверо детей и пошёл от них мир, в котором мы живём…
Часть третья. Ящерицам тоже нужно яркое солнце.
«И сидит ящер, ладу-ладу,
На ореховом кусте, ладу-ладу...»
Иван Купала «Ящер»
Они появились здесь очень давно. Когда ещё только — только боги начали экспериментировать с живыми существами, селекционировать, развивать разумных, до тех пор, пока не появился первый человек. Это было прорывом. Тот человек, геномно спроектированный из нескольких разумных видов, единственный показал волю к обучению и осознанию мира вокруг себя. Ошибка, миров было множество, можно было остановиться на любом из тех, в котором уже появилась новая разумная цивилизация. Но ящер Соорхирассох остановился на человеческой цивилизации. Надолго.
Климат переменился, сменившись холодом и морозами и людям стало холодно. Он видел, как спускались первые «смотрящие над людьми» с неба и учили людей добывать огонь, и аккуратно снимать шкуру с животных. Женщины шили, мужчины охотились, старики берегли сказания о богах с неба и огонь в деревянных клетях. Соорхирассох стал Ррынгавром, великим охотником, который поражал оленя со ста шагов копьем. И так проходила эпоха, сменялась другой, люди менялись и оставались прежними — жестокими наивными детьми, экспериментом богов. И среди них с самого расцвета человечества жили сохосс, древние создания не менее древних богов.