- Мы доедем? - спросил Семёнов, мелькающие дворники не справлялись с ливневым потоком.
- Да хрен его знает. - ответил Смирнов. - Можем завязнуть. Дождь не так давно зарядил, но там земля неутоптанная. Дорогу скорее всего в мясо разнесло уже. Попробую держаться остатков асфальта, может доедем. Дорога в лес упирается всё равно. Выедем метров на десять в стороне.
- Добро. Слушай, я тебя давно хотел спросить. У тебя семья есть?
- Нет. - прокричал Смирнов, дождь с силой барабанил по крыше, ничего не было слышно. - Не довелось. После армии вернулся, отгулял пару месяцев и обратно. Девчонка не дождалась, а мне на гражданке ловить нечего было. Завод единственный местные властители продали кому — то из москвичей, а те сократили персонал, ну и с рабочими местами в городе вообще стало туго. Думаю, чего ловить было. Мать без работы оказалась, отец тоже. В общем, ушёл уже за зарплату служить. Ну а дальше вы знаете.
- Да я чего хотел сказать — то. Выкарабкаемся, я это, тебя с дочкой младшей познакомлю. Она у меня боевая. Но на парней не везёт. Ощущение, что ищет прям таки идеального военного. Может ты подойдешь?
- Что ж за напасть — то. - Смирнов чертыхнулся и выкрутил руль, машина пошла юзом и чуть не улетела в размытую грязь. - Дороги местные делают, спустя рукава, я вам скажу. Согласен я конечно, если выкрутимся, товарищ капитан.
- Куда мы денемся — то. Тпруу, доехали, кажется.
- Я ж говорил, ещё десять метров в сторону. Точно не надо доехать?
- А как мы потом машину из грязи доставать будем. Местные колхозники чокнутые как моя тёща с бодуна, теперь. Трактором не поделятся.
Но выходить не пришлось, в машину постучали. Семёнов вылез на улицу, пренебрегая безопасностью. Три мокрых человека, Василиса, мужик какой — то и девчонка маленькая, лет пяти. Он без лишних разговоров запихал их в салон и заставил завернуться в спальники.
- Привет, товарищ капитан. - знахарка выглядела как мокрая курица, при этом успевала лучезарно улыбаться. - Как я рада тебя видеть, кто бы знал. Тебе привет от нашей общей знакомой.
- Врагу бы такие знакомства не пожелал. - проворчал капитан. - Хорошо, что ты вернулась. Кто это с тобой.
- Я Андрей. Андрей Звягинцев. - мужчина протянул руку для рукопожатия. - Девочку зовут Даша, она родителей потеряла, мы в общем вдвоем шли.
Капитан ответил на рукопожатие, а потом задумался, Звягинцев, где — то он слышал эту фамилию, причём совсем недавно, точно же. Это тот самый «предатель», что навёл власти на дом Василисы. Он было открыл рот, чтобы сказать слово, но знахарка его перебила.
- Не шуми, товарищ капитан. Молодой человек уже покаялся во всех своих смертных грехах. Даже поучаствовал в битве за свою душу. Вышел победителем, как видишь. Он всё сделал как надо. - не переставая лучезарно улыбаться, Василиса положила свою руку ему на колено.
- Как надо. - проворчал Семёнов. - Так, молчу, если это опять из области ваших сакральных предсказаний, то я пас. Я военный, а не экстасенс.
- Дядя, а вы — настоящий солдат? - девочка вмешалась в разговор.
- Можно и так сказать. - хмыкнул капитан. - А в чём вопрос. Хочешь в армию? Там девчонок не берут.
- Неет. Я фильм смотрела. Там девушка вытаскивала раненого солдата с поля боя. Я хочу, когда вырасту, тоже помогать раненым солдатам.
- А что, медсестра — хорошая профессия — сказала Василиса. - Будешь раненых спасать, больных лечить.
- Кстати о раненых… - замялся Семёнов. - Этой ночью Марина погибла.
- Как?!? - опешила знахарка. - Что случилось?
- Напали местные. Племя, которые Ваорох назвал как — то, то — ли «разделёнными», то — ли «разломленными». Напали ночью, вырезали дозор, она на них наткнулась. Бежать, прятаться не стала, решила поднять тревогу, её и убили.
Капитан рассказал ей и о расколе в лагере, и обо всём, что происходило до того.
- Что ж. Ряды редеют. Хорошая она была, правда смурная ходила последнее время. А с остальными. Пусть. Отправимся вчетвером. Это даже и к лучшему, смогу удержать проход на месте. Тогда я немного отдышусь и сразу идём вовнутрь.
Они подъехали к лагерю, где их уже встречала вся старая компания. Ради возвращения Василисы они все собрались рядом, но когда услышали, что она скоро уходит, закисли и потихоньку разбрелись. Чуть перекусили сухпайком, отогрелись и пошли к барьеру. Под ногами противно чавкало, дорога превратилась в нечто неудобоваримое. Небеса хмурились, и даже солнца не было больше здесь.
- Привет тебе, жрица. - у входа их встречал Мириогн. - Мы тоже не можем идти, нельзя нам туда. Я помогу тебе открыть дорогу, но на этом моя власть закончится.
- Ну и вы туда же. - мысленно схватился за голову Семёнов. - Почему все как крысы с корабля бегут.