- Я совершенно не понимаю, о чем идет речь. Можно узнать ваше имя? А то неудобно разговаривать, на уровне "эй вы, как вас там"?
Молодой человек хмыкнул.
- Если брать имена, которыми нас одарил Создатель, то я Вольфгант. А имя этой особы - Бригида.
-Сергей, просто Сергей, - неуместный анекдот всплыл в памяти. Бонд - Джеймс Бонд, Пух, просто Пух.
- Вы можете рассказать мне обо всем этом? - я развел руками, как будто пытаясь охватить "всё это".
- Сергей, мы держим равновесие миров под пристальным вниманием. Вы, ваша знакомая Софи и ваше, как вы ранее выразились, древо линий - аномалия, природа которой нам неизвестна. Мы не можем помочь вам во всем, потому как мы и сами не знаем, что происходит. Но на часть вопросов, которые вы упомянули в рассказе, я отвечу.
Бригида попросила еще чашку кофе, и мы прервались, пока я его готовил. Вернувшись, я заметил, что она вполголоса разговаривает со спутником и загадочно ему улыбается. Вернувшись, я поставил перед ней чашку с напитком, сливки, сахар и бутерброд с ветчиной. Джентльменский набор. Не знаю, что едят местные "боги", но если бы мне такое после работы принесли, было бы приятно. Улыбнулась, кивнула мне. И с видом царствующей особы стала неторопливо жевать сендвич.
- Вначале я бы хотел услышать, что за странный цикл "времени" здесь действует? - задал вопрос Вольфгант (вот на Моцарта он был похож меньше всего, портрет видел), после еще один - Мы попали сюда уже после того, как он прошел, так?
- Сам могу объяснить немногое, по наблюдениям моим, здесь 24 часа, как там, где я жил, - я в задумчивости почесал затылок - Каждую смену здешних "суток", по мне как катком проходятся. И появляются новые и новые элементы пейзажа. Мусор вот исчезает. Но всё, что в доме, остается в доме и в том состоянии, как и было. Еще, когда я "ныряю" в "линии жизни", время здесь проходит, как в нормальном мире. Когда не "ныряю", а просто "вишу" в том пространстве, время стоит на месте.
- И ты видишь там только ветвь своих судеб? - наконец заговорила Бригида - Их бесконечное множество. И твоя ветка должна была быть в одной из секторов, за которыми мы смотрим. Мы, или кто- то из silencer нашего отсека возможностей. Ты можешь видеть только свою ветку, потому как ты человек. Но того, что ты видишь, нет в общей картине. И то, что мы сюда попали, это возможная невозможность.
Она попросила еще один сандвич, я отошёл на кухню и порезал бутерброды на всех троих. Она откусила от бутерброда кусочек, и задумчиво жуя его, смотрела на пламя.
- Как все - таки странно быть в реальности, которая несет на себе отпечаток человека. Видеть это - одно, быть в этом, странно. Как будто видишь маму, которой у тебя не было, и не могло быть. Расскажи, каково быть человеком? - попросила Бригит.
Я вначале опешил от такой просьбы. Меня никто об этом никогда не просил. Но потом просто рассказал историю жизни, которую смог прожить. Всё без утайки, потому как не этим юным богам, знать о том, что такое человек. Они всё это видели, но одно дело наблюдать за человеком, другое же, чувствовать, как он это проживает. Потом остановился, достал телефон. Включил им Егора Летова «Всё идёт по плану», вряд ли они когда-нибудь слушали подобное. Шоковая терапия, не иначе.
Глава седьмая. Когда часы останавливаются.
«Время - движущийся образ неподвижной вечности. Все, что нарушает единство общества, никуда не годится, все установления, ставящие человека в противоречие с самим собою, не стоят ничего».
Из книги в библиотеке Сергея – автор Жан-Жак Руссо
Часы на стене отсчитывали время. Мы сидели за столом, когда наступил рассвет.
- Как ты думаешь? - спросил я у Вольфганта, - Каковы мои шансы выбраться из этой ситуации?
Он потер переносицу, прямо точь-в-точь как человек.
- Думаю, что я не смогу дать тебе обнадеживающий информации. То, с чем мы столкнулись, происходит впервые за наше время существования. Мы должны посоветоваться с Создателем, и древними, создателями Создателей. Мы бы хотели остаться и наблюдать, но в этой аномальной зоне мы не сможем долго находиться, так как данное Междумирье может нас стереть, как и всё, что находится вне его существа, или контроля. Только наступит новый цикл, и есть шанс, что мы исчезнем в аномалии здешней реальности.
Я обдумывал все, о чем мы говорили. На многие вопросы они не смогли ответить, сославшись на то, что и так нарушается баланс, а остальные я пытался утрамбовать в голове, и на листах. Кстати, то, что я записываю и зарисовываю схемы, вызвало у них неподдельный интерес. И они с энтузиазмом рассматривали листы ватмана, пытаясь помочь мне, пока было время.