- А что ты предлагаешь? Тащить на север, на черный рынок источников? Неделю?
- Да нет, балда! - вступила вторая - мы тут разберемся. Подождем, пока егеря не уйдут - завтра с утра - и отдадим бургомистру. Он по три золотых даст! А проберемся в город по тоннелю - ты будешь магичить над одним, я тащить, а она - кивнув на первую охотницу - сторожить оставшихся.
- Вы с ума сошли? Тащить столько по тоннелю, потом возвращаться?
- Если ты не облажаешься с магией - все будет порядком. А облажаешься - долю не получишь.
- Вы идиотки. Нам тут теперь на холоде всю ночь сидеть!
- Полегче, балда кучерявая! Ты-то, в целом нам уже и не так-то нужен, так что помалкивай.
До ночи Джессика сидела, не шевелясь. Силы восстанавливались. Первая луна осветила красным светом прутья клетки. Маг клевал носом и щурился в темноту, но обе охотницы, поглядывая на пленников, играли в кости. Слегка потянув шею, Джессика стала тихонько петь.
- Ты что-то слышишь? - спросила одна из охотниц - кажется какой-то писк.
- Ага. Комары, заразы - самое время сейчас для них. Хорошо вот этой - кивнув на Джессику продолжала охотница - ее шкуру не прокусят.
- да вроде не кусают, так жужжат. Может костра боятся.
Тихие звуки, на пределе слуха мейсов и за гранью слуха людей лились из горла Джессики. В них был странный ритм, сложный и непонятный. Прошел час, и маг уже вовсю сопел. Еще через час, когда показалась вторая луна, и до рассвета оставалось чуть-чуть, обе охотницы тоже начали сворачиваться поудобнее и, наконец, уснули.
Джессика прекратила петь. Легко, словно и не была связана, она встала и, подойдя спиной к двери, легко сломала ушки замка. Едва слышный треск никого не пробудил. Приоткрыв дверь, она спрыгнула с телеги и подошла к магу. Возле него в землю был воткнут нож, которым до того резали хлеб. Разрезав веревки, потратив на это полчаса - уж больно их было много - Джессика взяла в руку нож. Нехорошая улыбка тронула ее губы. Зажав второй рукой магу нос, она с силой пробила его горло. Кровь фонтаном хлынула на остывающие угли. Те зашипели, и смрад повис в воздухе.
Охотницы зашевелились, а в клетке застонали оба других пленника. Не тратя ни секунды, Джессика подскочила и с размаху ударила ногой в горло одной и рукой - по другой охотнице. Прозвучал сдвоенный хруст, и глаза обеих закатились.
Подойдя к клетке, и сбив замок, Джессика разрезала веревки на пленных.
- Спасибо, Джес - сказал старик, я знал, что ты нас выручишь. Эти идиоты ничего не знают про себеш.
- Ты ее знаешь? - удивился мальчик-мейс. Спасибо, это было круто!
- Не за что. В этой жизни таким идиотам меня не поймать. Но действительно, уважаемый, я тебя не помню. Откуда ты меня знаешь?
- Я покупал у тебя травы пару раз, знаешь ли. Хорошие травы нужно покупать у себеш, это всем известно. А у тебя травы хорошие. Не лучшие, ты не подумай только чего дурного, но хорошие. Вот и запомнил.
- Хорошо, хорошо. Надо уйти от города подальше - скоро уже выйдут егеря и нам несдобровать.
- Это не проблема, дорогая моя. Тут полно троп, о которых егеря не в курсе. Хорошие тропы, тайные. Нужно только до обеда на кучерявую скалу выйти.
- вау, дед! - воскликнул мейс - ты из повстанцев!
- грехи молодости, молодой человек, грехи молодости.
- поспешим - вставила слово Джессика - не до разговоров. Если нас поймают егеря, я вам уже не помогу.
- Идем, конечно. От кучерявой-то скалы я дорогу найду. Но до входа в лагерь нам еще несколько дней идти.
- Ничего, я возьму мешок мага, там еда есть, а потом что-то да наохотим или соберем.
Последний патруль он брал зря. Теперь половина лапы болит, как в огне, а на лице новый порез. Шаск только выскочив на них осознал, что это не обычные стражи или солдаты местных гарнизонов, а серьезные противники. Только это им не помогло. Три тела осталось лежать на дороге, знаком тому, что пособники Новой Империи не могут спокойно спать - война за свободу идет. Жаль только, что теперь приходится в этой гостинице сидеть - латать новые порезы. Тут, на краю пустыни, народу мало, но Шаску пришлось идти на риск быть заметным. Кто-то плотно обложил все западные леса в его поисках - еле удалось сбежать. Только один отряд уцепился за ним - а теперь и его больше нет.
Вот уже год, как Шаск вел войну. Свою, личную. Месть за тех, кто погиб на перевале грохочущих камней, как его теперь называют. Сперва - чиновники, судьи, маги. Потом стражники, что хотели его поймать. Теперь вот - солдаты из какого-то элитного отряда. Но что они могут против того, кто был прозван Стрекозой. Два меча легко вспарывали любого, кто имел наглость встать на его пути.
Поднялся ветер, и песок мелко молотил в окна, казалось, идет мелкий дождь. Ночное небо закрылось поднявшейся дымкой. Одинокий фонарь, качаясь над входом, едва освещал первые ступеньки в основную башню таверны. Белый ноздреватый камень стен, казалось, омывался песком, что ветер принес из пустыни, что начиналась от этого форпоста и тянулась до края известной карты.
Шаск откинулся на стуле. Завтра он найдет местного главу и поймает его. Связанный, тот сразу расскажет, кто тут ловит его, Шаска, и куда и когда поедут ближайшие государственные чиновники. Нужно только веревку проверить будет. Но это только после ужина. Уставшая мейса-хозяйка как раз несла ему местное блюдо - печеную козлиную ногу. Внимательно приглядевшись к блюду, Шаск кивнул ей - на всякий случай стоило проверить его на отраву. Но запах был нормальный - а нос Шаска был не хуже носов мейсов-следователей.
Внезапно в воздухе запахло чем-то не тем. Напрягшись, Шаск прислушался - через мгновение он услышал шаги на улице. Не думая больше он рванул вверх по лестнице - окна были только на втором этаже. За спиной кто-то со стуком распахнул дверь и в зал начали вбегать воины в масках и с обнаженными мечами. Уже поднявшись на полпролета, Шаск почувствовал кого-то впереди, не раздумывая он прыгнул, замахнувшись мечами. Но что-то сбило его в полете и отбросило на ступени. Из груди торчал только один небольшой болт, но от раны распространялось пятно холода, сковывая руки и ноги. Сверху на свет спустился молодой мейс, в форме полиции Новой Империи.
- Я лейтенант Аш. Вы, Шаск Стрекоза, арестованы за разбой, убийства и мятеж на территории Новой Империи. Вы будете переданы конвою и отданы под суд в столице. Вы - предатель и убийца. Ваша казнь в столице будет показательной. Переодеть, собрать все его вещи отдельно, заковать и посадить в местную тюрьму. Двое из вас будут все время рядом. Понятно?
- да сэр! - прозвучал ответ от подошедших снизу воинов.
- исполняйте.
Дорогу до столицы Шаск не помнил. Это был долгий путь, полный ненависти в глазах конвойных. Но ни один из них не рискнул ничего предпринять - и даже пища была нормальной. Если и был какой-то суд. Шаска туда не звали. Кроме пары вопросов, про имя и происхождение, его ни о чем не спрашивали. Через день после прибытия в столицу, Шаска повели и камеры наверх. Выйдя в Зал Чести - главный судебный зал Новой империи, Шаск осознал, что вокруг сидят сотни людей. Его поставили на возвышение в центре, залитое светом от специальных светильников, что держали остальной зал в темноте. Этот зал использовали для осуждения знаковых преступников или вынесения приговора высшим чинам армии. Сотни глаз уставились на то, как стража приковывала Шаска к небольшому столбу с кольцом на верху, стоящему на краю освещенного пятна. Шаска затрясло от ненависти. Все эти люди понятия не имели, как живется под гнетом имперских чинуш на севере. Они осуждали его за стремление к свободе. Они были мерзкими винтами огромного бездушного механизма - и гордились этим.