А в Империи все текло размеренно и спокойно. Новый Император тщетно пытался организовать Имперский поход. Короли и князья отвечали ему, что в принципе князь Инсор из Лингаста уже согласился на инкорпорацию в Империю, не стоит затевать войну из-за каких-то нескольких лет оттяжки. Ведь стремление обставить акт приема как можно торжественней вполне понятно и естественно. Подождем до следующего Большого Имперского Сейма, а там уж как Судьба решит. Не откажется Лингаст от своих обещаний, все будет решено без кровопролития и самым дружественным образом.
В Карлиноре состоялся большой праздник: князь сумел выхлопотать себе благословение Патриарха и трех Великих Монастырей построить Храм Двенадцати Победителей. Наличие общего храма считалось признаком высшего статуса города. В Империи таких храмов было девять: древнейший в Линье, в столицах Империи, королевств и княжества Синнии. Особенно важно было то, что в таком храме предусматривались подземные этажи и потаенная библиотека с древними книгами, как завуалированно называли комплексы для хранения и обработки информации, тайна которых сохранилась со времен до Великого Краха. Из мирян в эти библиотеки допускались лишь Великие Мастера и их Первые Ученики, некоторые из Высокородных художников и гетер (меньшинство; королева Толтисса была в свое время туда допущена), некоторые из владетелей (даже короли не всегда!) Храму полагалось быть богатым и величественным, и стройка должна была затянуться как минимум на десяток лет. Но население в восторге от признания своего статуса восприняло дополнительный налог на строительство как должное. А Клингор привлек трех Мастеров-архитекторов для составления проекта Храма, решив не поскупиться, зато выбрать лучший из трех проектов.
В Колинстринне заканчивался месячный траур, который держали Тор и его жена после гибели сына. Холодная глыба в душе у Тора все росла и росла, и на него впервые в жизни стали нападать приступы необъяснимой апатии.
Одна из молодых гетер, которые регулярно навещали Колинстринну, Аргирисса Тургинар Каррина, из женского рода жены Мастера Эссы, выделялась среди других своим умом и спокойным очарованием. Тор невольно вспоминал, разговаривая с ней, Толтиссу. И, когда жена в очередной раз напомнила ему о необходимости поддержать престиж семейства, он неожиданно для себя посмотрел на Аргириссу. Та, конечно же, помня знаменитые истории о неприступности Мастера-Владетеля, даже не пыталась заигрывать с ним. А Эсса, которая тоже поймала этот взгляд, сказала Аргиссе в личном разговоре:
— Если бы ты уже была Высокородной, я бы рекомендовала Мастеру жениться на тебе. Ему нужна достойная вторая жена, а ты из моего женского рода, и мы могли бы быть как сестры.
— Не надо говорить о том, что могло бы быть. Я ведь не стала клиенткой Высокородной, и мне пробиться в их число намного труднее. Меня подвело стремление к независимости и к тому, чтобы всегда выбирать свои пути.
— И здесь ты похожа на нашу семью… — вздохнула Эсса.
Сейчас Аргирисса, присмотревшись к Тору и к другим членам семьи, вздохнула:
— Мастер тяжелее всех вынес свалившееся на вас горе. Чувствую, у него много накопилось тяжести на душе, и смерть сына была той соломинкой, что может переломить спину верблюда. Эсса, обещай мне, что, когда кончится траур и вы с Ангтун попытаетесь развеять его печали, вы без утайки расскажете мне все, что у вас случится. Я попытаюсь помочь вам.
— Спасибо! Аргирисса, я теперь буду называть тебя "подруга".
— Подожди, сестра по роду! Сначала я попытаюсь вам помочь.
— Не скромничай. Ты уже заслужила это имя.
Царь Красгор, убедившись, как быстро восстанавливается после ран Картор, и еще раз проверив его интеллект, сказал ему наедине: