Наутро, тем не менее, принц поднялся до восхода солнца и всех остальных поднял тоже, повелев прийти вместе с возлюбленными. Когда все собрались, он вдруг сказал певице, ласково поглаживая ее:
— А теперь покажи, моя возлюбленная Астарсса, как женщина прощается с любовником.
Астарсса Иллинор лукаво улыбнулась и пропела на Древнем языке:
Как я растаяла, милый мой, в жарких объятьях твоих,
И пожелаю счастливым быть в нежных объятьях других.
Тлирангогашт нежно поцеловал музыкантшу, улыбнулся ей и выпрямился, уже не глядя на нее. Певица поняла, что игра на самом деле всерьез. Он заставил ее дать сигнал, что она больше не желает с ним иметь любовь, пропеть песню расставания, по той причине, что действительно считает, что им нельзя предаваться любви. А ей так хотелось продлить счастье, которое она испытала прошлым вечером и этой ночью. Но она понимала, что любые попытки переиграть сложившуюся ситуацию будут позорны, улыбнулась и пошла, не оглядываясь. После этого почти все женщины дали сигналы расставания своим любовникам. А принц внимательно смотрел на реакцию юношей: кто-то повесил голову, Тикотон, наоборот, лихо ее задрал и стал подкручивать бороденку: мне и не нужно было! И лишь Калгашттуркон отдал теплый поцелуй и улыбнулся. Его принц твердо решил похвалить, когда женщин не будет. А женщина Линтиронта, наоборот, на глазах у всех его жарко поцеловала, и он довольно пригладил усы, подарив ей колье.
— Вообще-то говоря, сигналы расставания даются один на один, — сказал принц. — Но вы еще не имели опыта и не поняли бы их. А сейчас на плац, сегодня тренируемся в том, как держать железный строй. Я попросил отца выпустить против нас воинов и всадников.
Дружина царевича с шуточками пошла получать очередные синяки. Никому не хотелось отставать от других и выглядеть слабаком или трусом. У Тлирангогашта вдруг шевельнулась мысль: "А ведь я готовлю противников своему родному народу!" Но, подумав на следующем уровне, он решил: "Эти люди показали желание и умение учиться. Они все равно научились бы у нас. Но многое достижимо лишь для тех, кто учится с самого чрева матери. А что соперники скоро станут сильнее, это не даст моему родному народу расслабляться и вырождаться."
Когда принц увидел, что конники, предоставленные для военных упражнений, прибыли на лучших лошадях и в лучшей броне, он велел им пересесть на самых захудалых обозных кляч и надеть то, что не жалко, забрав у слуг. Они с недовольством отправились выполнять приказ. а тем временем принц, проведя военную гимнастику с друзьями и отработав несколько перестроений защитного строя, велел им вдруг как есть нагими взять щиты и деревянные мечи и отбивать атаку равного количества воинов в доспехах. Еще одно новшество шокировало всех. Глядевшего на тренировку младшего князя Риккитаку из Аникара он попросил повелительным тоном быть судьей и требовать от тех, которые бы в реальном бою получили рану, несовместимую с дальнейшей битвой, покинуть поле боя.
С шуточками закованные в железо пехотинцы двинулись на строй нагих друзей, но неожиданно судья одного за другим вывел их из боя. Оказалось, что порядок бьет лучшее оружие. А затем принц велел друзьям одеться, вооружиться полностью, но учебным оружием, и на сей раз отбить атаку втрое превосходящих сил, правда, выстроив своих спиной к скалам, чтобы трудно было обойти с флангов. Когда и это удалось, он разрешил передышку.
А затем было обучение построению с копьями и встрече конной атаки. Выяснилось, что южане практически не умели встречать конников ежом копий. А когда они немного этому обучились, всадники на клячах понесли большие потери синяками людей и покалеченными клячами.
— Сегодня так хорошо у вас получилось лишь потому, что ваши противники не воспринимали вас серьезно. Старки бы вас разделали под орех.
И тут Линтиронт упал ниц и попросил разрешения сказать от имени всех:
— Царевич, гоняй нас как можно сильнее! Сегодня мы все поняли, что значит ваша военная выучка и каким потом она достается.
— А я убедился еще раз, что вы — настоящие мужчины и можете мне быть хорошими друзьями, — с улыбкой ответил царевич.
У старков полагалось бы немедленно пойти выпить с друзьями, но, с трудом укладывая в голове то, что рассказали вчера вечером (и принц был уверен, что лишь малую часть), он понял. что даже разрешить друзьям не падать ниц было бы рановато. Но вот поднять каждого из них и поцеловать — как раз вовремя.