Но несколько настораживал всех небольшой дискомфорт, испытываемый многими из членов этого семейства при взаимодействии с аурой ребенка, когда тот был еще в чреве. Наибольшие неудобства испытывал почти постоянный партнер Эотею по половой гармонии ээтупу, которого обычные люди называли бы ее мужем. Причина выяснилась практически сразу после рождения. Отцом ребенка оказался не он. И ни один из трех соседей, с которыми временами мать имела взаимную телесную гармонию, а у Эотею хорошо совмещались психические и духовные ауры. Женщина сначала замерла в растерянности, а затем достала из хранилища скляночку с мужским семенем:
— Это семя наставника наставников Шакирунэ. Мне выпал шанс три раза чувствовать возможность гармонии с ним, ему тоже случалось трижды ощутить подобное же ко мне, и один из трех раз нам повезло, что эти ощущения удачно совпали и нашим телесным мелодиям стало возможно сойтись.
Односельчане — искусники по чутью ауры и наследственных колебаний (того, что мы называем генетической информацией) — потерли кожицу ребенка несколькими растительными растворами, прислушались с закрытыми глазами в темной комнате, улавливая вибрации, затем проделали ряд более жестких манипуляций с семенем, затем позвали самого Шакирунэ и вынесли вердикт: почти достоверно, что отец ребенка Шакирунэ.
— Оказывается, мне посчастливилось зачать с этого единственного раза, — сказала мать не совсем радостным голосом.
Народ Ненасильников практически все время говорит в терминах вероятностей. Это включает в себя оценку либо вероятности в смысле меры возможности события, либо (в тех же терминах) его желательности и субъективного ощущения как счастливого или несчастного. Примерная шкала от низшего к высшему: невероятно, влип, напоролся, не повезло, случилось, выпал шанс, возможность, повезло, удача, посчастливилось, достоверно. Эти выражения, конечно же, имеют несколько вариантов. Только об окончательно совершенном и никак не оцениваемом событии говорят без вариаций.
Ребенка назвали ХотЖэу. Это слово могло быть истолковано на языке Ненасильников лишь с большим трудом, но при создании имени прежде всего смотрели на гармонию его звучания с аурой ребенка, подбирая наиболее сочетающиеся с ней шесть или семь звуков, ни в коем случае не включающие встречающиеся в имени Князя внешнего мира, Господина Насилия, Кришны Безжалостного. На процедуре наречения присутствовал и его отец Шакирунэ. Еще год, пока он оставался наставником в этой деревне, он регулярно посещал ребенка и приносил дары семье, в которой он рос, говорил с ним на разных непонятных языках (немного известен из них внутри деревни был лишь агашский) и пел ему песни, тоже не своего народа. Уходя во внешний мир, Шакирунэ настоятельно посоветовал родителям учить мальчика языкам внешних народов:
— Ему посчастливилось, что у него прекрасные способности к этому, и такое умение дает возможность продвинуться во внешнем мире.
Сам Шакирунэ считался среди настоящих людей неудачником. В своей деревне он не подошел ни одной семье и даже такому простому биоценозу, как деревня целиком, и был вынужден отправиться во внешний мир. Там он тоже никак не мог найти себе биоценоз, но все время выкручивался за счет своей потрясающей удачливости, и в конце концов скатился до положения члена Совета Республики, куда попадали люди, очень удачливые, но ни на что более не пригодные. Менее удачливые из таких просто погибали на одном из этапов "карьеры". И там он оказался в дисгармонии. В итоге Шакирунэ был выдвинут на Координатора Республики, отбыл положенный год на этом посту и теперь передавал свой опыт общения со внешним миром, обучая премудростям взаимодействия с миром Кришны юношей и девушек, которые не находили места в деревне и должны были отправиться вовне, а также их наставников. Три года он прожил в Оапатураэ, и теперь по обычаям должен был перейти в другую деревню, если его вдруг не призовут вновь в Совет или для дипломатического поручения. Полученное им в результате похождений имя отражало его зараженность миром насилия: оно включало все звуки имени Безжалостного. По всем этим причинам ему нельзя было долго оставаться на одном месте в мире настоящих людей, чтобы не заразить их тоже.