Лаура уверенно прошептала:
– Я никогда не оставлю тебя. НИКОГДА. Мне может понадобиться место и время, чтобы подумать о многих вещах. – Она сплела пальцы с рукой Дэвлин. – Но это только для того, чтобы не спятить и не убить тебя однажды во сне за то, что пытаешься скрывать что-то от меня. – Она слабо улыбнулась, но было ясно, что это только наполовину шутка.
Опасение в глазах Дэв немного отступило.
– Я подразумевала именно то, что сказала. Я не собиралась скрывать это от тебя. Я думаю о детях, как о моих. ПОЛНОСТЬЮ моих, – она слегка улыбнулась, – а теперь, конечно, наших. Сначала, когда родилась Эшли, это было похоже на то, как 'если я не думаю об этом, то этого нет'. К тому времени, как у нас появились мальчики, мы с Самантой даже не обсуждали их биологическое происхождение. Я вырастила их, даже не думая об этом, и эти дети, все МОИ, понимаешь?
Женщины обменялась слабыми улыбками, и Лаура сказала:
– Понимаю. – Она повернула голову, прислонившись к дивану. – Мне жаль, что я заставила тебя бояться. Я думала, удастся в этом году избежать этих гримас. Я пытаюсь справиться с этим. – Внезапно Лаура с доверием посмотрела на Дэвлин. – Я СПРАВЛЮСЬ с этим.
Дэвлин почувствовала, что ее сердцебиение начинает замедляться. Все не вышло из-под контроля, как было тогда.
– У тебя прекрасно получается, – сказала она эмоционально. – Действительно прекрасно, Лаура.
– Теперь скажи, что ты веришь, что я не оставлю тебя, и буду держаться рядом с тобой, чтобы во всем разобраться, – сердце Лауры разрывалось на части из-за опасений Дэвлин. – Ты связана со мной. – Ее голос был хриплым. – Скажи это.
Дэвлин фыркнула несколько раз, желая, чтобы это было полностью верным, перевела дыхание и пробормотала:
– Я связана с тобой.
Лаура поднесла их сплетенные руки к губам и поцеловала обручальное кольцо, которое она выбрала для Дэвлин.
Президент несколько раз глубоко вдохнула, успокаивая дыхание, затем самоуничижительно усмехнулась.
– Я действительно похожа на черте-что с этой трусостью. Я не думала, что все выйдет из-под контроля. Ты – человек, на которого я могу рассчитывать. Наиболее важный. Я знаю, что это глупо, но я не хотела рисковать.
Отблески огня плясали на влажных щеках Лауры. Она закрыла глаза, когда Дэвлин наклонилась, чтобы стереть эти слезы слегка дрожащими губами.
– Мне тоже жаль. Прости, что заставила тебя думать, будто ты не можешь поговорить со мной. – У Лауры перехватило горло. – Я не хочу, чтобы вещи были такими между нами, – несчастно сказала она.
– Пожалуйста, не плачь. Я ненавижу, когда ты плачешь, – признала Дэвлин. – Это не твоя ошибка.
– Нет, Дэвлин. – Лаура сильнее сжала руку Дэв, и поднесла ее к сердцу. – Мы обе ошиблись.
– Нет…
– Да, – голос Лауры был столь нежен, как она могла это сделать. – Но мы заставим это работать. – Она подняла брови. – Хорошо?
Ответ Дэв прибыл немедленно.
– Все что угодно. – Она облизала губы, чувствуя себя так, будто только что пробежала марафон. – Ты… хм… ты хочешь еще что-нибудь знать? Относительно Дэвида.
Лаура перевела дыхание.
– Все, я полагаю. Бэт в курсе?
Дэв кивнула.
– Да. Мы с нею первой поговорили. Только четверо людей в этом мире знают. Даже родители не в курсе. – Она передвинулась в угол дивана, устроившись поудобнее, и предложив Лауре положить голову ей на колени. Когда блондинка не отреагировала на это немедленно, Дэв была на грани того, чтобы отозвать свое предложение. Но Лаура, вздохнув, легла.
Писательница закрыла глаза, когда Дэвлин начала пропускать пальцы через ее волосы. Все приходило в норму. Они справятся с этим, ее сердце не примет меньшего.
– Что, если дети захотят узнать, когда станут старше? – Спросила Лаура. – Этот день придет, Дэвлин. – Она мысленно вернулась к тому разговору с Эшли на Гавайях.
– М-м-м… Мы согласились, что скажем им, если они когда-нибудь спросят, и я почувствую, что они могут иметь дело с этим.
– И Дэвид хорошо относится к тому, что они не знают? – Лаура находила, что это немного трудно, особенно, если учесть, как близки Дэвид и Бэт со всеми детьми.
– Дэвид не желает вмешиваться в наше семейство, милая. Он только хочет быть частью этого, и они с Бэт – большая часть жизни детей. Возможно, глубоко внутри, ему жаль, что они не знают, но я не думаю, что он может попытаться пойти против нашего соглашения и моих пожеланий на этот счет. Он – их дядя Дэвид, и они любят его. Он лишь хотел узнать, что будет с детьми, если я погибну. Если бы ЭТО случилось раньше, Бэт и Дэвид стали бы их опекунами. Но это изменилось, когда появилась ты. Я хотела бы, чтобы ты была с ними.