* * *
Атмосфера в комнате была расслабленной и дружественной, все смеялись над рассказом Дэв о том, как она однажды наткнулась на голого Дэвида в то время, когда они делили одну комнату в колледже.
Дэвид свистнул, чтобы привлечь всеобщее внимание.
– Скоро начнется.
– Точно! – Крикнул кто-то.
– Очень забавно. – Дэвид указал на изображение, появляющееся посередине комнаты. – Вот.
Дэв счастливо прошла до столов и заняла свое место, поставив стакан на столик рядом. Она хихикнула, заметив, что Министр Юстиции и Генеральный Прокурор Эвелин Санчез приземлилась рядом с ней. Эвелин нравилась Дэв, и темноволосая женщина гордилась дружбой и уровнем доверия, который неожиданно возник между ними после ее назначения.
– Ну, Эвелин, я и не знала, что ты поклонник бокса.
– Вообще-то нет. Но разве я могла отвергнуть приглашение на твою вечеринку? – Она криво усмехнулась и стащила конфетку со стола. – Кроме того, это должно быть весело – видеть людей, не входящих в мой штат, которые бьют друг друга.
Дэв хихикнула при упоминании инцидента, произошедшего на той неделе, когда два представителя руководителей схватились в одной из уборных Министерства Юстиции.
– Это был не лучший момент для меня, мадам Президент.
Даже в темной комнате, Дэв могла видеть румянец, появившийся на смуглой коже Эвелин. Она наклонилась и шепнула:
– У меня тоже было много таких моментов.
В центре комнаты сформировалось изображение ринга с двумя боксерами и рефери. Диктор закончил говорить, и громкий шум заполнил арену, пока толпа с нетерпением ожидала начала боя. Дэв повернулась, чтобы взять свою кружку с пивом со столика.
– Святой Христос! – Воскликнула Эвелин, поднимаясь на ноги. – Какой удар!
Дэв резко повернулась к сцене, у нее глаза вылезли из орбит, когда она заметила одного из боксеров, лежащим на полу ринга. Толпа ревела, рефери начал обратный отчет.
– О, мой Бог, – медленно сказала Дэв.
Прозвенел звонок.
Она вскочила с места и обратилась к Дэвиду.
– Что, черт возьми, случилось? – В недоверии закричала темноволосая женщина.
– Все закончено, – несчастно пробормотал он. – Разве ты не видела?
Дэв дико взмахнула руками.
– Потребовалось две секунды!
– Это не моя ошибка…
– Ого! – Фрэнк Марлоу покачал головой, оценивая удар. – Они только что показали это снова.
Дэв резко обернулась, но изображение уже было таким же, как и в последний раз, когда она смотрела. Боксер на полу без сознания и рефери над ним.
– Я пропустила это снова! – Она закрыла лицо руками. – Нетнетнетнетнетнетнет.
– Еще повтор, – сказал Дэвид. – Ничего себе. Какое удивительное попадание!
Дэв резко убрала руки от лица, но было уже слишком поздно. Она развернулась и обличающе указала пальцем на своих друзей, которые уже смеялись.
– Это что, такая больная шутка?
Все хором указали обратно на экран, но когда Дэв обернулась, то поняла, что пропустила удар в четвертый раз.
– АРРРГХХХХХХХХХХХХХ! – Завопила она. 'Бой столетия' оказался полным и абсолютным провалом. Никто не ожидал нокдауна в первые же две секунды первого же раунда.
– Все закончилось? – Недоверчиво повторила Дэв, округлив глаза. – Меня ограбили.
Все в комнате снова засмеялись. Министр Сухопутных Войск потягивая пиво задумчиво заявил.
– Именно это скажет Джексон, когда очнется и увидит, что Маццио спер его часы.
Дэв застонала.
– Выключи это. Я не могу это больше видеть. – Она подошла к Дэвиду и обняла его за плечи. – Что теперь, могущественный планировщик вечеринок?
– Не волнуйся, мы получим цифровой повтор. Подожди немного.
– Забудь об этом, Дэвид. Смысл просмотра в том, чтобы видеть что случилось, КОГДА это случилось.
Дэвид лихорадочно пытался придумать, чем бы теперь заняться.
– Сейчас я должен озвучить свой блестящий план на случай непредвиденных обстоятельств, верно?
Дэв с облегчением улыбнулась.
– Да.
– Черт.
* * *
Лаура прислонилась к стене, опустив руку с пустой все еще холодной кружкой из-под пива. Она испустила глубокий удовлетворенный вздох, закрыв глаза и чувствуя, что последние остатки напряженности покидают ее. Ритм музыки просочился в ее кровь, и блондинка чувствовала легкое гудение в голове от маргарит, пива и фруктовых пуншей, которые она выпила за прошедшие несколько часов.
Она чувствовала себя великолепно.
– Привет, любовь моя.
Губы Лауры сложились с искреннюю улыбку при звуке глубокого мелодичного голоса.