С ноги распахнул входную дверь в подъезд, залетел в затхлый предбанник, и понесся по ступеням вверх.
— Дима?!
Резко затормозил, чуть не врубившись в косяк.
— Чего тебе надо?! — я прищурился, вглядываясь в густо подведенные глаза Краевой.
Она сидела на подоконнике, как всегда, закинув ногу на ногу, и глядела на меня с мольбой.
— Собиралась поговорить в школе, но ты так быстро убежал… — одноклассница закусила губу, пододвигаясь, чтобы освободить мне место.
— А есть о чем?! — хмыкнул, давясь потоком ледяного воздуха.
Омерзительный кашель прописался в моих несчастных легких и никак не хотел уступать здоровому чистому кислороду.
— Хотела поделиться, что я все еще в активном поиске… — Анька призывно облизнула уголок губы.
— А я в активном одиночестве. — безразлично пожал плечами.
— Дим, может, хватит? У меня мать сегодня до утра в караоке с подружками. Пойдем чай пить?!
Глава 21.2
— После того, как ты слила в Телеграмм нашу разборку с Арабаджаном?! — волны негодования начали захлестывать изнутри.
— Дима, да ты что?! — её глаза округлились, — Это не я! Не я!
Правда, Краева оказалась хреновой актрисой.
— Я знаю, что это ты. Помню даже, где стояла, когда мы вышли с балкона. Угол съемки совпадает. Из-за твоей тупости у Бодровой добавилось проблем! — смачно харкнул, растерев негатив подошвой кроссовки.
— Димочка, ну, прости! Ты нагрубил, я разозлилась и сделала пару фоточек, отправила их дома с левого номера! Уже десять раз пожалела… — стукачка зарыдала белугой.
Очередная клоунада одноклассницы всколыхнула во мне еще больше омерзением. Господи, как можно быть настолько жалкой?!
— Пожалуйста, не говори ребятам, а то они меняя-я… — Краева продолжала наигранно стенать, хлопая глазами.
Я вздохнул.
— Ладно, живи. Просто забудь обо мне, кончай преследовать. Нам не по пути.
— Хорошо, хорошо… Только, Дим, я боюсь идти домой-й! — Анька спрыгнула с подоконника, делая шаг на встречу, — Может, проводишь меня?! — молитвенно сложила ладони на груди.
Твою мать.
Внезапно дошло — на это всё и было рассчитано!
Наивный дурачок.
— Хорошо. Но это в последний раз! Кончай шастать вечерами по дворам или заведи себе телохранителя! Только оставь меня в покое…
Роза
Обработав рану на руке, я вернулась в комнату, продолжая любоваться своей восхитительной тёзкой. Поставила её в прозрачную стеклянную вазу на письменном столе, и уже минут пятнадцать не сводила глаз от манящих упругих алых лепестков.
Кричать хотелось от разрывающих эмоций: смеси радости, страха, негодования, приправленных шоком. Всем этим сполна меня обеспечил — Дима Воинов.
Двойной, настойчивый звонок в дверь, заставил вздрогнуть.
Боже, неужели поклонник оказался более упорным, чем я думала?! Часы на растрескавшейся панели «андроида» показывали четверть десятого. Спустя несколько секунд в коридоре послышались оживленные голоса и шаги. Сперва, меня посетило нехорошее предчувствие, а следом за ним на пороге спальни показался Азат.
— Роза, мы с отцом решили сделать вам сюрприз! — одноклассник всучил мне здоровенный букет цветов, смачно мазнув губами по щеке.
— Ох, действительно, сюрприз… — я неловко попятилась.
— Дочка, Азат, пошлите на кухню чай пить! — мама, показавшаяся в дверном проеме, сжимала в руках еще более внушительный «веник».
— Спасибо, но я не голоден! Хотел, чтобы Роза проверила мою домашку по русскому…
— Ох, конечно-конечно, не буду вам мешать! — Азат и мама обменялись понимающими улыбками, будто были знакомы сто лет.
— Хорошо, только сперва принесу вазу для цветов… — натянуто улыбнулась, с облегчением выпархивая в коридор.
Вернувшись в комнату, во рту стало очень сухо, а губы приоткрылись от потрясения.
— Роза… прости… Случайно задел, и она перевернулась…
Поднесла ладонь ко рту, пытаясь заглушить крик обиды и негодования. Чудом не разбившись, ваза лежала на коврике под столом, а подарок Мити, с переломленным стеблем, валялся у Арабаджана в ногах.
— Моя роза… — расстроенно осела в кресло.
Горло свело от подступающих слез.
Хотелось отхлестать его самыми ужасными словами, но вместо этого, с трудом сдержавшись, я вытерла воду, подняла вазу, убрала переломленный цветок с глаз долой, поставила новый букет, и, с отсутствующим видом, указала на тетрадь с каракулями, тихо поинтересовавшись.
— Ну, что у тебя там?!