Ну, что я всё о себе…
Через несколько дней у тебя начнется учеба на филфаке. Жду подробный отчет. Сколько парней у вас в группе?! Предупреждаю, если кто-то проявит к тебе интерес, сразу после моего возвращения их количество сократится…
Да шучу, шучу!
Не округляй свои глазки, Розочка! Я тебе доверяю. И учусь держать себя в руках. Правда, учусь. А еще до сих пор просыпаюсь в холодном поту после кошмаров о том, что мог сделать урод Столяров. Если бы он завершил начатое, я бы никогда себе не простил…
Знаю, ты не любишь эту тему, поэтому буду закругляться.
На днях начинаются масштабные учения в лесах Тайги. Уже не терпится! Мы тут с мужиками только об этом и говорим. Представляешь, имитация настоящего боя?! Будем сидеть в окопах, лишь бы погода не подвела!
А еще я мечтаю о бигмаке из «Макдональдса» и огромной порции картошки фри. Приеду зимой в отпуск и устроим пир. Договорились?!
Я вернусь. Обещаю.
Люблю тебя.
Твой Митя
***
Я несколько раз перечитала его письмо, собираясь писать ответ, как вдруг услышала шорох за спиной. Обернувшись, увидела маму. Кажется, она уже наблюдала за мной какое-то время.
— Привет. Не слышала, как ты пришла, — ответила честно.
— После того, что произошло, я все время думаю, как ты тут одна? Точно не хочешь жить со мной, братом и Артаком Ашотовичем?! Азат съехал на съемную квартиру около университета. Поверь, никто не будет тебя стеснять.
— Спасибо. Но одной мне комфортнее всего, — поднялась из-за стола, закружив раскрасневшуюся родственницу в объятиях. — Знаешь, мам, я очень тебя люблю! — прошептала, еле слышно.
— А я тебя. Ну, как там дела у Димы?! — поинтересовалась она с теплотой.
— Лучше всех. До встречи нам осталось всего каких-то 285 дней! — улыбнулась, сглатывая тяжелый ком.
— Всего ничего. — С грустными нотками в голосе, улыбнулась мама в ответ.
— Роза, ты здесь?! Р-о-з-а??? — одногруппница Марина пощелкала пальцами перед моим лицом.
— А… Что такое? — я растерла пульсирующие виски: голова трещала, как несмазанная лесопилка.
— Лекция уже давно закончилась. Пора домой. — Снисходительно улыбнулась староста.
Прокашлявшись, я сгребла свои вещи в рюкзак. На душе кошки скребли.
Уже четырнадцать дней от Мити не было никаких вестей.
Знала, что их рота участвует в масштабных военных учениях, но судя по заявленным датам, они должны были закончиться несколько дней назад. Проверив почтовый ящик, я вернулась домой, но спустя час снова вышла в подъезд.
— Роза?!
Я вздрогнула от неожиданности, обернувшись на растерянный голос Богдана.
— Что случилось? — произнесла осипло, сминая края футболки в кулак.
— Митя. Он…
— Что?
— Сейчас звонили из воинской части. Он и еще несколько солдат не вернулись с учений. Их поиски продолжаются. — Брат любимого опустил взгляд.
Я обратила внимание, как подрагивает кадык на его шее.
— Как такое могло случиться? — произнесла на удивление ровно.
— Погода испортилась. В лесу начался ураган. Возможно, они укрылись где-нибудь в чаще… Или…
— Почему ты замолчал? Что еще известно??? — вцепилась парню в ворот джинсовой рубашки.
Самообладание испарилось. От шока и ужаса мои внутренности горели, будто их облили серной кислотой.
— Понимаешь, это Тайга. Могло произойти все, что угодно. Там болотистая местность.
— Что это значит? Когда они его отыщут???
— Роза, успокойся, пожалуйста, мы с матерью, итак, ничего не понимаем… Жуков звонил. Он уже купил билет на самолет, вечером вылетает туда. У Димкиного отца есть связи. Не волнуйся, все будет хорошо! Слышишь?! Слышишь???
Но я ни черта не слышала, медленно сползая по холодным кирпичам. Во рту пересохло, перед глазами двоились круги, расплываясь в причудливые трехмерные узоры…
Через неделю поисков Митю и еще одного солдата так и не нашли. В новостях эту историю почти не освещали, однако в комментариях под постами в социальных сетях все как один были уверены, что их уже давно нашли дикие звери или затянули болота.
Еще семь дней спустя я все-таки познакомилась с Александром Жуковым, и первое, что сказал мужчина с блестящими от подступающих слез до боли знакомыми льдисто-голубыми глазами было.
— Роза, надежды нет. Наш Митька не вернется.
Глава 66
Я пыталась заставить себя подняться, но из-за огромной пробоины в сердце не могла даже пошевелиться. Затруднялась ответить, сколько дней прошло с момента страшного известия. Они все сплелись в однообразную паутину, а мое горе виделось огромным кровожадным пауком, сжирающим изнутри.