- Да так, - пожав плечами, ответила «Эта девушка», - об экзаменах, о поступлении в универ.
Я кивнул, хотел продолжить разговор, но мысли были только о Т. Стоило бы ее забыть, но проблема была в том, что я тоже пытался с ней встречаться. Я не хотел об этом вспоминать, но приходится, иначе вы подумаете, что этот эпизод был пустышкой. Однако именно он послужил движущей силой и подвел меня с «Этой девушкой» к раздвижному мосту, который разъединил нас.
Вернувшись домой, я сел за ноутбук, принялся печать роман дальше. Дома никого не было, и домашняя тишина меня раздражала, особенно, когда я был чем-то занят. Я включил музыку, заиграла «Группа крови» Кино. Я уже настроился писать, как тут пришло сообщение. Я не знал, кто эта девушка, хотя лицо было знакомым. Она знала «Эту девушку».
«Привет (улыбающийся смайлик), перестань разговаривать с ней. Надеюсь, ты услышал меня», - написала она.
И музыка затихла, на одно мгновение у меня перед глазами пронеслась тьма. От меня словно отломили часть чего-то важного, без чего трудно жить.
«Почему я должен это делать?», - написал я в ответ.
«Ты ее раздражаешь. Не подходи к ней, оставь ее в покое», - сразу ответила эта девчонка.
Я не стал ничего писать. Ладони задрожали, скользнули по клавишам, и руки опустились. В ушах я снова слышал музыку. Болезненное чувство в груди - вроде того, когда проглотил слишком большой кусок пищи, и ты не можешь его протолкнуть дальше, - разрывает изнутри. Я откинул голову назад, разлегся на кресле и засмеялся на всю квартиру, попутно плюясь в потолок матом.
Шло время. Погода становилась теплее, в школе ничего не задавали (я просто ничего не выполнял), одиннадцатые классы готовились к «Последнему звонку» и выпускному вечеру. Я не стал разбираться, что действительно Т обсуждала с «Этой девушкой», только потом, когда я окончу школу, у меня возникали предположения. Один мой друг, который как разучился с «Этой девушкой», В, однажды, когда у нас был выпускной, и мы расселись на террасе, попивая чай с пирожными, мне сказал:
- Она говорила, что обиделась на тебя из-за того, что ты обсуждал ее с другими?
Такого не было, или было?
- Как мне кажется, - сказал тогда Д, - ты рассказывал о ней другим нашим. Точно не скажу, но Т могла это услышать. Но зачем ей было это рассказывать?
- Женская солидарность? - предположил я.
В щелкнул пальцами.
- Точно, - сказал он.
- Это имеет место быть, - согласился Д, - но разве она настолько глупа, чтобы верить Т, с которой разговаривала... м, сколько раз? Два? Три раза за все время? - Д перевел дыхание, затем продолжил: - Я бы на ее месте не стал слушать эту поверхностную мышь. Т - хитрая девушка, она может завести дружбу, - Д косо посмотрел на меня, - или заставить в себя влюбиться. Но я точно знаю, что она слабая сама по себе. Она, как и многие, не представляют из себя ничего, если никого нет рядом.
- Какая теперь разница, - сказал я. - Теперь все вернулось на круги своя.
Мы молчали, но тут В сказал:
- У тебя бы с ней ничего не сложилось.
- Это еще почему?
- Ты не первый, кого она отшила в старшей школе. Один пацан тоже пытался к ней подкатить, но не сложилось. Как-то раз я услышал разговор, где она сказала, что ей это не нужно сейчас. А знаешь, почему она так ответила?
Я задержал дыхание.
- Она уедет учиться в другой город, - сказал В, будто объявил приговор. - Если бы у тебя что-то и получилось с ней, это было бы не вечно. Мы же все, трое, здесь останемся, а она будет там. Кратковременные отношения нужны тем, кому хочется поиграть в любовь, я так считаю.
- Я сейчас тебя только больше зауважал за такие слова, - сказал Д, и они, Д и В, засмеялись.
А я лишь улыбнулся. Хотелось улыбнуться, забыть об «Этой девушке», но я не мог. Закрывая глаза, я видел ее, вспоминал выпускной вечер. Она была в синем платье, у нее красивая прическа, губы покрашены гелем для губ, туш подчеркивает взгляд, ее белозубая улыбка ярче, чем первые лучи солнца над морем. Это был заключительный раз, когда я ее видел вживую. Я стою на пороге в помещение, где проходит выпускной, мерзну в июньской ночи и смотрю, как «Эта девушка» танцует со своим одноклассником - кружится с ним в медленном танце, который когда-то принадлежал мне.