— А можно я пока влезу в ваше тело и через вас пообщаюсь с женой?
Я подавила усмешку.
— Такое бывает только в кино.
— А можете тогда просто затащить в постель мою жену, притворившись, что в вас мой дух?
— Нет.
— Я заплачу. У меня есть деньги.
— Да? И сколько же вы собираетесь мне предложить?
* * *Я пробралась в офис «Сассмэн, Барбер и Эллери», бросила флешки в ящик стола Барбера и еще раз все обыскала на случай, если что-то пропустила. К счастью, Норы не было. В противном случае она бы обнаружила пропажу флешек и закатила мне скандал.
Теперь на встречу с одноклассницами Рейеса. Закусочная Дейва казалась декорацией из пятидесятых годов; образ дополняли жестяные вывески и яично-шоколадная крем-сода, в которой, как ни странно, не было ни яиц, ни крема. Я вошла внутрь, и мне помахали две женщины, сидевшие в кабинке в углу. Удивившись, откуда они узнали, как я выгляжу, я приблизилась к их столику.
— Чарли? — спросила одна, крупная, высокая и поразительно красивая, с короткими темными волосами и широкой улыбкой.
— Это я. Как вы догадались?
Вторая, латиноамериканка с прекрасной кожей и вьющимися волосами, стянутыми в хвост, рассмеялась.
— Ваша помощница сказала, что вы, скорее всего, окажетесь единственной девушкой в заведении, по которой скажешь, что она с гордостью носит имя Чарли Дэвидсон. А я Луиза.
Я пожала руку Луизе и ее подруге.
— Я Кристал, — представилась она. — Мы только что сделали заказ. Хотите есть?
Усевшись за столик в круглой кабинке, я заказала гамбургер и диетическую колу.
— Я вам передать не могу, как рада, что вы согласились со мной встретиться.
Они рассмеялись какой-то своей невысказанной шутке, потом, сжалившись надо мной, пояснили:
— Мы хватаемся за любую возможность поболтать о Рейесе Фэрроу.
— Надо же, — удивилась я. — Я тоже. Вы хорошо его знали?
Покосившись на Кристал, Луиза призналась:
— Рейеса Фэрроу никто толком не знал.
— Вот разве что Амадор, — добавила Кристал.
— Точно. Совсем забыла, что он общался с Амадором Санчесом.
— Амадор Санчес? — Я открыла сумку и достала досье Рейеса. — Амадор Санчес вместе с ним сидел в тюрьме. В одной камере. Вы хотите сказать, что они дружили и до тюрьмы?
— Амадор сидел в тюрьме? — широко раскрыв глаза, переспросила Кристал.
— Тебя это удивляет? — Луиза приподняла тонкую бровь.
— Вообще-то да. Он был хороший парень. — Она посмотрела на меня. — До встречи с Амадором Рейес всех сторонился. Но они быстро подружились.
— Расскажите мне о Рейесе.
У меня сердце колотилось от любопытства и нетерпения. Я так долго его искала, а в итоге он сам меня нашел, и оказалось, что он — Злодей. Как же я раньше не догадалась?
Луиза рассматривала салфетку, которую сложила лебедем.
— Все девчонки в школе были в него влюблены, но он держался очень скромно и… замкнуто.
— Рейес был очень умный, — добавила Кристал. — Я всегда считала его лентяем, но он был не так прост, как казалось.
— Всегда ходил в капюшоне, — перебила Луиза. — Носил свитера с капюшоном и всегда поднимал капюшон. За это ему постоянно попадало. Но он не сдавался.
— Каждый день, — подхватила Кристал, — он приходил в класс в капюшоне, надеясь, что ему это как-то сойдет с рук, а учитель каждый раз заставлял его снять капюшон.
Луиза подалась ко мне; ее темно-карие глаза блестели.
— Вы поймите, даже за то короткое время, что мы вместе учились, это превратилось в настоящий ритуал. Не для него, не для учителей, а для девчонок.
— Для девчонок?
— Ага, — мечтательно кивнула Кристал. — Каждый раз наступала такая тишина, что было слышно, как муха пролетает. Рейес поднимал руки, опускал капюшон, и это было такое откровение, словно нам являлся Господь Бог.
Я живо представила себе эту картину. Вот открывалось его прекрасное лицо, заставляя трепетать сердца; кровь приливала к щекам, и девочки вздыхали в унисон.
Покопавшись в памяти, Луиза припомнила:
— Он был очень умный. Ходил в один математический класс с нашей подругой Холли и всегда получал высшие баллы. Все тесты писал лучше всех.
— Мы вместе занимались английским и естественными науками. Как-то мистер Стоун дал нам контрольную, — вступила Кристал, — и Рейес получил за нее сто баллов. А мистер Стоун сказал, что он списывал, потому что некоторые темы в школе вообще не проходили, это был материал колледжа.
— Да-да, я тоже помню. Мистер Стоун заявил, что Рейес никак не мог получить сто баллов. А Рейес такой: «Да пошел ты, я никогда не списываю», а мистер Стоун ему: «Нет, ты списал» — и потащил Рейеса к директору.