И в этот раз всё прошло гладко. Кровь пара сдала, спокойно уселась ждать врача, который ушибленного оболтуса принимал. Санитарочка из пункта приёма принесла заполненные бланки, попросив регистратора потом ввести данные доноров в общую базу — положено так. Задёрганная сестра, за стойкой стоящая, только глянула на бумажки, проверила правильность заполнения. А тут и врач крикнул, что с парнем закончил, и если сопровождающие захотят, то он может с ними и пообщаться.
Дожидающийся мужчина это услышал и поинтересовался: ни об их ли ушибленном речь идёт. Регистраторша подтвердила — о нём. Мол: «Ваш племянник переведён в палату и к доктору…». Про доктора родственник слушать не стал, а неожиданно резко поинтересовался, с чего дама решила, будто мальчишка ему племянником приходится?
Ну, как почему? Да вот же справка из «вампирского» пункта. Группа крови, резус, альфа-, бета-, гамма — магкомплексы у обоих доноров одинаковые. А у парня совсем другие — она же сама СЭПовский сопроводительный лист передавала, точно помнит, склерозом не страдает. Не в инцесте же приличных людей уличать, да и вообще…
Вот на этом: «…да и вообще» — голос регистраторши, сообразившей, что дело не чисто, совсем на невнятное мямленье съехал. Ну а мать мальчишки, грохнувшаяся в обморок, окончательно подтвердила: да, трагедии быть.
Когда интерн приволокла Кассел в свободную приёмную, драма только обороты начала набирать. Багровеющий лысиной мужчина орал, брызгая в ярости слюной, размахивал кулаками и обещал всех засудить. Дежурный по смене весьма умело прикидывался в углу штативом под капельницу, завотделением мрачно грыз дужки очков, раздражённо потряхивая седой гривой, а регистраторша тянула что-то про возможные ошибки.
Ситуация, конечно, так себе. За то, от кого, когда и с какой кровью люди рожают, медики не в ответе. А вот за разглашении конфиденциальной информации, да если за дело опытный адвокат возьмётся…
Диру интриган Лангер как родную встретил. Обрадовался, за плечики приобнял и пообещал скандалисту, что сейчас вот этот «опытнейший во всех смыслах доктор» всё-всё объяснит. Да и смылся, прихватив с собой и дежурного, и регистратора. Отдувайся, доктор Кассел! Не справишься, так мы тебя на конференции пропесочим за то, что не умеешь с людьми общаться.
— Ну, объясняйте! — рыкнул разгневанный мужик. — И как такое могло получиться?
— Да это вы скорее должны мне объяснять, как такое могло получиться, — спокойно ответила врач, разглядывая злополучные формы и карту.
Просто так разглядывала. Чего она там не видела?
— Я?! — бешеным быком взревел не-дядя. — У вас бардак, а вы!..
— Подождите, давайте разберёмся, — мирно предложила Кассел. — Вас какой факт возмущает больше всего? То, что ваш сын, которого вы восемнадцать лет воспитывали, не от вас родился? Или то, что подозрения подтвердились?
— Да как вы!.. Да я!.. Ты!..
— Сядьте, наконец! — рявкнула безропотный хирург. — И успокойтесь! А то ещё инфаркт грохнет, возись потом.
Мужик сел на покрытую клеёнкой кушетку, позабыв рот закрыть.
Это хорошо, значит, вменяемый. Невменяемые только себя слышат, на них приказы впечатления не производят. А тут просто несчастный, ошарашенный человек, понятия не имеющий, что делать и как реагировать. Вот и разорался, бедолага.
Давно ведь говорили: надо в приёмнике психологов держать. А то всей помощи — психиатры, да и то приходящие через три часа после вызова для консультации, и психперевозка.
— Ну вот и ладушки, — похвалила его Дира. — А теперь объясните мне, в чём трагедия?
— Да вы что, не понимаете? — снова начал заводиться мужчина.
— Не понимаю, — покачала головой Кассел. — Вы прожили с женой восемнадцать лет. Причём всё это время мыслишка, что сын не ваш, крутилась. Иначе бы вы пропустили оговорку регистратора мимо ушей. Просто сказали бы: сын он, а не племянник. Хорошо жили-то, сына любите?
— Хорошо, — поник плечами несчастный, голову со здоровой проплешиной на затылке повесил. — Люблю, обоих. Я ведь и женился… Старался, отбивал. Мыслишки всякие крутились, конечно. Но гляну на жену и вижу — сама мается. Наверное, и не знала точно, от кого понесла. А потом жизнь закрутила, оно как-то и думаться перестало, а тут.
Мужчина вяло махнул рукой, мол: а пропадай оно всё пропадом!
— И что тут? — поднажала Дира. — Знаете, если решите отправить столько лет псу под хвост только потому, что у парня группа крови другая, то вы не мужик, а призовой бык.