— Простим мою молодую коллегу за излишнюю импульсивность, — встрял заведующий кафедры нейрохирургии, в качестве консультанта приглашённый. Между прочим, тот самый заведующий, который обещал интерну Кассел, что она к операционному столу подойдёт только после: «Дождичка в четверг, да и то, если у лорда Дня рога вырастут». — И приведённый пример не слишком корректен. Видимо, в сантехнике она разбирается гораздо хуже, чем в медицине. Но, в принципе, её сравнение образно и справедливо. При таком кровотечении ни о каком вмешательстве речь идти не могла, нет-с, милостивые государи, не могла.
— Ну, не скажите, — лениво протянул томный юноша из страхового фонда с трудноопределимыми полномочиями, зато со слишком явной скукой на лощёном личике. — Описаны случаи, когда при таких травмах одновременно оперировали и брюшину, и голову.
— На заборе тоже много чего написано! — взвился главврач, никогда сдержанностью себя не утруждавший. — У нас больница экстренной помощи, а не научно-исследовательский институт. И пациенты не подопытные кролики!
— У тех же эльфов есть методики…
— Да что вы за эльфийскими методиками гонитесь? Свои разрабатывать надо!..
— А нормативы ещё никто не отменял и…
— Вот взяли и занялись бы нормативами! Вместо того чтобы втюхивать больницам никому не нужные препараты!
— Никому не нужные?! Да у вас статистика смертности…
— Господа, — попытался призвать к порядку прокурор, но особого впечатления не произвёл.
Непримиримый бой между практической медициной, вкупе с академической, департаментом здравоохранения и страховыми компаниями, никогда не прекращался. Утихал только на время, но доставало искры, чтобы противостояние возгорелось с новой силой. А война шла нешуточная, до последней капли крови и без взятия пленных. И если уж битва разгорелась, то никому не интересно, по какому поводу собрались. Тут бы старые обиды облаять успеть.
— Господа! — грохнул ладонью по столу следователь. Получилось грозно. Даже расслабившаяся было Дира невольно голову в плечи втянула. — Спасибо, — следователь обвёл разгорячённых администраторов суровым взором и рывком поправил узел галстука. — Давайте вернёмся к нашему разбирательству. Я из ваших… прений ничего не понял. Поэтому спрашиваю прямо: была ошибка или не было?
Ну, тут уж в конференц-зале снова стало так тихо, что муха пролетит — услышишь.
— На самом деле, это вопрос непростой, — промямлил главврач, которого должность обязывала грудью на амбразуру ложиться. — Я бы сказал, что тут имеет место расхождение второй категории. Но никакой помощи по нейрохирургическому профилю пациенту действительно оказано не было.
И выразительно посмотрел на Кассел, как на умалишённую. Мол: «Первый раз замужем? Не могла написать что-нибудь умное?».
— А какую помощь я могла оказать, — пожала плечами Дира.
— Как какую? — искренне удивилась глава комиссии и рьяно бумажками зашелестела. — Вот, у вас в личном деле написано: «Хилер-практик, магическая степень». Понимаю, что совсем избавиться от проблемы не в ваших силах, но всё же могли облегчить состояние больного.
— У меня ограничение на магическое вмешательство, — Кассел зачем-то подняла руку, демонстрируя браслет.
Между прочим, сесть обратно в кресло ей и в голову не пришло. Так и стояла, как школьница, к директору вызванная.
— Лорд Солнце, какое расточительство! — всплеснул руками заведующий кафедрой. — Да с вашим потенциалом!.. Работай вы у моего зятя, в военном имперском госпитале…
Томный молодой человек наклонился к профессору, что-то горячо нашёптывая ему в ухо. Следователь и дама из департамента тоже сунулись послушать. Что уж там скучающий нашептал, осталось неизвестным. Но развивать тему, как бы родственник мог потенциал доктора Кассел использовать, завкафедрой не стал.
— А я всё думаю, откуда мне фамилия знакома, — улыбнулся прокурор, опять на спинку стула откидываясь. — Оно же вон как! Что ж вы её упростили-то?
— Моего отца лишили дворянства, — буркнула Дира.
— Но не вас же, — барабаня по столу пальцами, с ленцой заметил прокурор. — И кому в голову пришло допустить до посла человека, находящегося на особом контроле?
Тут уж повисшую тишину даже и сравнить не с чем было. Только молчали все по-разному: врачи испуганно, затаившись, а члены комиссии грозно. Но, пожалуй, сейчас в конференц-зале и мухи бы побоялись летать.
— А мне вот другое интересно, — подала голос департаментская дама. — Контроль там или нет, но вы же понимали: ситуация чрезвычайная. ЧП, можно сказать. Почему вы не потребовали снять ограничение? Нужным не посчитали? Или предлагали, но вас не послушали?