Несмотря на все их проблемы, Наташа всё-таки забеременела, после чего заявила Мишке, что близость нужна только для продолжения рода. Поскольку эта задача была выполнена, он переселился спать на диван. Рождение сына ничего не изменило: как мужчина, он Наташе был не нужен. За это время он закончил университет и устроился на работу. Если в универе у них на факультете девчонок почти не было, то на работе - наоборот. Многие поглядывали на него с интересом, несмотря на обручальное кольцо и фото жены и ребёнка на столе. На каком-то корпоративе Миша напился и проснулся в постели не с женой, но наконец-то почувствовав, что может доставить женщине удовольствие.
На следующий день он заговорил с Наташей о разводе.
- Мы с тобой венчаны! - воскликнула она в ужасе. - Это должно быть навсегда! А как же Сашенька?
- Наташа, я так больше не могу! Тебе со мной плохо, мы друг другу не подходим, ты что, сама не понимаешь?
- Я думала, у нас с тобой всё, как у людей: только зарабатывать начал, Сашенька, слава Богу, здоровенький растёт. Чего тебе не хватает?
Мишка махнул рукой, собрал самое необходимое, и ушёл к сестре. Люба встретила его враждебно:
- Почему ты бросил семью? Согрешил, так покайся и возвращайся домой. У тебя ребёнок! Хочешь, чтобы он без отца вырос, как ты сам?
- Люба, я не собираюсь оставлять Сашу, но сколько можно? Я уже больше года на диване сплю! У нас с Наташей с самого начала не получается, всё не то и не так, несовместимость называется…
Чёрт, как же трудно и стыдно было озвучить такое личное и интимное сестре, но он надеялся, что она поймёт. Всё было тщетно.
- Так тебе твоё бл*ство дороже дома, жены и сына? Вырастила бл*на на свою голову! Убирайся отсюда, живи, где хочешь!
- Нет, это не только твоя квартира. Половина - моя. Мне некуда идти, поэтому пока не найду что-то другое, жить буду здесь, нравится тебе это, или нет.
В первый раз в жизни Мишка так говорил с сестрой, и она не знала, как реагировать на внезапно жёсткого и злого младшего брата. Люба обиженно поджала губы и замолчала. Больше она в его дела не вмешивалась. Он даже не подозревал, что всё можно решить так просто.
Его связь с Галей, той самой женщиной с корпоратива, продолжалась полгода. Она была лет на десять старше парня и гораздо опытнее. Ей это стоило многих усилий, но постепенно Миша пришёл в себя, физически и морально. Он знал без всякого сомнения, что Галя хочет его, что ей с ним хорошо. И ему нравилось быть с ней. Всё закончилось, когда его подруга получила повышение и уехала в Москву. Между их отношениями и карьерой, она выбрала последнее. Миша погрустил немного и даже представлял себе продолжение на расстоянии, но скоро понял, что это не для него.
Несколько лет он просто существовал: работа, сын, многочисленные короткие связи. Он зарабатывал больше, купил отдельное жильё, машину, стал уверен в себе, вплоть до наглости, сознательно подавляя прежнего Мишку. С Юлей, рыжеволосой и зеленоглазой красавицей, он познакомился случайно, когда ездил в отпуск в Турцию, и закрутился сумасшедший роман. Миша потерял из-за неё голову, и они поженились всего через полгода. Юля принесла в его жизнь нечто новое: желание постоянства, настоящей семьи и дома. Возраст уже не тот, набегался. Но когда Миша заговаривал о детях, Юля переводила разговор на другое. Внутри зашевелилось неприятное чувство, что она не хочет от него ребёнка. Почему? Она его не любит? Любит ли он её? Да и вообще, любил ли он кого-нибудь?
Уже давно Мишка переписывался с Олей, найдя её в Одноклассниках. Сообщениями они обменивались не часто, но регулярно. Как-то он заметил в друзьях у Оли Вику, о которой не вспоминал, наверно, с армии, когда два года пялился на своё фото с обеими девушками, не зная, кто ему нравилась больше. Его вдруг дёрнуло написать ей, и она ответила, в меру заинтересованно. Совершенно некстати, у Мишки сорвалось это дурацкое признание.
***
Войдя в кафе, Миша удивился, насколько обшарпанным и неуютным было это заведение, когда-то казавшееся ему таким крутым. На улице уже опустилась ранняя зимняя темнота, и подвывал пронизывающий ветер, люди стояли у столиков в пальто и угрюмо, устало ели и пили. Из-за их спин замахали перчатками, явно привлекая его внимание, и он направился к столику. Мишины ожидания оправдались: с Вики, как и с кафе, стёрся былой заманчивый образ. В сером пальто и клечатом мохеровом шарфе, она выглядела замотанной и неухоженной. Фигуру различить было невозможно, но тусклый бледный свет рисовал тёмные круги под глазами и оттенял блеклый блондинистый цвет когда-то тёмных волос. Действительно, ему стоило увидеть Вику для того, чтобы понять, насколько красивее и моложе была его Юля.