-Так что же сейчас произо...
Договаривать смысла не имело. Перед нами возникает гостиная, где стоят пятеро людей, в числе которых темноволосая девчушка, что, только завидев нас радостно воскликнула:
-Элис, Джей!- и бросилась с объятьями.
-Меделин,- шикнул на нее брат,- не сейчас.
Та сосредоточенно кивнула и встала в ряд с нами.
Тут один из мужчин, тот, что светловолосый, в глупом свитере цвета какао и классических брюках, сорвался с места, видимо не вытерпев, и спрашивает у Джейдена, напрямую игнорируя мое присутствие:
-Что ты узнал?
-Она более восприимчива. Может чувствовать как боль, которую доставил ей Мартин, так и ту, которая была на утро после вечеринки.
-То есть, если она пораниться в иллюзионном колпаке- все равно будет чувствовать?
-Да,- выдает мой друг так, будто эта речь была заготовлена сотню лет назад.
-Превосходно! Что...- начинает мужчина, но я сразу же его перебиваю, наиграно улыбаясь.
-Дико извиняюсь за несогласованное участие обсуждаемого в диалоге, но, простите, кто вы?
Все четверо, не считая Медди, обратились на меня во все глаза, а мужчина виновато закивал головой, как бы давая Джею право всех представить.
-Это,- он указывает на того, с кем вел диалог,- Беорегард. А это... мои родители - Адэр и Брианна.
-Р-родители?- тихо спрашиваю я, когда понимаю, что они подошли ко мне и Адэр уже протягивает руку.- То есть, приятно познакомиться.
Я не отказала себе в удовольствии рассмотреть их. Мужчина с самыми темными, почти черными волосами, был в легком свитере и джинсах; он обнимал за талию светловолосую женщину, чье лицо буквально блестело от улыбки; на ней было бардовое вязаное платье.
Так, Элис, а-ну возьми себя в руки! Тебе не сделали предложение, не дали миллион долларов, никто, в конце концов, не умер, это просто родители твоего друга, реагируй адекватно!
-И нам,- теплая и большая рука мужчины пожимает мою.
-И нам, милая,- нежно говорит женщина, крепко обнимая меня.
Последовала нелепая пауза, и я перевела взгляд на мужчину невысокого роста, в длинном пальто цвета кофе с молоком, грубых черных сапогах, белой рубашке и таких же, как у Бео, брюках; волосы темно-коричневые. Он стоит отдельно от всех и то прячет руки в карманы, то скрещивает на груди, то теребит рукав пальто. Мужчина явно нервничает и не знает, куда себя деть. Мне становится неловко и я решаюсь спросить:
-А вы?..
Остальные пятеро сразу же стали провожать глазами каждый шаг мужчины, который аккуратно приближался ко мне, глядя прямо в глаза и протягивая руку.
-Я Фарлей.
-Приятно,- киваю я, пожимая шершавую ладонь.
Рукопожатие слишком затягивается, но я стою, улыбаясь, как дура и не понимаю, что происходит.
-Реагируй спокойно,- шепчет мне Джейден и все, кроме меня и Фарлея, делают пару шагов в сторону.
Я в недоумении начинаю озираться, все так же улыбаясь, но все лишь смотрят на нас и ничего не говорят; в глазах миссис Энистер блестят слезы. Что происходит? Я все еще не понимаю!
-Элисон...- обращается ко мне Фарлей.
-Элис,- поправляет его мой друг и я бросаю на него гневный взгляд.
-О, Элис, правда?- изумляется мой собеседник.
Киваю.
-Видишь ли,- он наконец выпускает мою руку и, скрещивая их на груди, чешет одной подбородок,- я даже не знаю, с чего начать... В ту войну, про которую тебе, наверное, рассказал Джейден, твоя биологическая мать умерла, защищая тебя и последним ее желанием было, чтоб ты не знала всего этого ужаса...Ох...
С полминуты он помолчал, тяжело вдыхая и медленно выдыхая воздух, а потом продолжил:
-Мы... я все равно... в общем, тебе внедрили чип, хоть я и знал, что ты не будешь сражаться в своем времени. Ты ничего не знала о матери, потому что у тебя случился пробел в памяти, защитные механизмы мозга отказывались в это верить и скрывали, но когда один ребенок подошел, чтоб посочувствовать - у тебя началась истерика. Тебе было три года, и ты была напугана...
Мужчина снова помолчал.
-В общем, когда тебе внедрили чип, который, как я надеялся, защитит тебя и в прошлом, то есть... в настоящем?.. в общем, да, сразу после внедрения я повел тебя в центр Стирания и, наврав с три короба я также посветив своей врачебной карточкой, добился, чтоб тебе стерли память о нашем времени и отправили в двадцать первый век. Еще за тобой закрепили таймер и все, включая смерть матери, вернулось бы к восемнадцати годам. Я бы все равно появился, чтоб поддержать тебя, но не думал, что это случится при таких обстоятельствах... Так вот, когда тебя стерли из твоего же времени... чип, видимо, не слишком хорошо прижился и мой сигнал пропал. Я... я думал, что ты мертва целых тринадцать лет, пока сигнал с твоего чипа не поступил к нам пару недель назад...