Идея сходить в село и накопать где-то картошки была спонтанной и пришла в головы студентусам большей частью потому, что никто из опрошенных магов особо не верил в счастливое избавление от кашной диеты. А уж когда эти маги озвучили сколько бедные и несчастные селяне просят за овощи… Малаку бы пришлось на две морковки половину заработанного потратить.
А потом Ольда еще и дикий лук нашла и рассказала, какое великолепное блюдо получается из него и банальной картошки. Так что судьба сельских огородов была решена. И копать отправились Малак, как эксперт в том, чем отличается закопанный в землю картофель от банального бурьяна, и Яс — признанный специалист в деле: "что-то натворить и не попасться".
— Здесь, — величественно сказал Малак, потеребив пальцами какую-то сухую ботву.
— Точно? — засомневался Яс.
Создавать светляков они не рискнули. Мало ли, вдруг хозяева огородов не спят? И вообще, чтобы поменьше привлекать внимания к своей деятельности, решили копать посередине немаленьких грядок на разных огородах, а потом еще и притоптать все и по возможности повтыкать в землю ботву. Вот хозяева удивятся, когда попытаются выкопать уже выкопанное.
Правда Малак был уверен, что первыми подозреваемыми все равно будут кроты. А вторыми, скорее всего, соседские дети, которым тоже хотелось заработать, а мамка копать на своем огороде не разрешала.
Раскопки на удивление пошли хорошо. Малак действительно умел отличать картошку от всего остального даже на ощупь. Еще он умел отличать морковку, свеклу и фасоль. А капуста сама была виновата, полезла под ноги.
Петрушку отличил Яс, по запаху.
Картошки набралось уже полмешка. Остальных овощей немногим меньше, и парни остановились подумать о том, а стоит ли идти дальше?
С одной стороны, ночь хорошая, не особо темная, но и не светлая. Селяне мирно спят. Даже собаки не лают. А там кто знает, вдруг, не смотря на все предосторожности, кто-то заметит недостачу овощей и огороды начнут охранять? Тогда больше ничего выкопать не удастся.
С другой стороны, мешки все-таки тяжелые. А если их волочить, наверняка останутся характерные следы, и вся маскировка окажется бесполезной. И охранять будут точно.
— Ладно, еще пару кустов и уходим, — решил Яс, взвесив мешок на руке.
Малак вспомнил, какие богатые кусты им попадались до сих пор, и понял, что мешки будут почти полные. Поэтому только пожал плечами.
Они обошли росшие на меже сливовые деревья и остановились, заметив непонятно что копошащееся посреди огорода. Это что-то больше всего было похоже на только-только откопавшееся умертвие, пока не сообразившее, что больше копать не надо и не понимающее, что ему хочется жрать. Оно как-то странно дергалось, кланялось земле, и неизвестно до чего бы додумались юные маги, если бы с него не свалилась здоровенная тряпка. После чего умертвие резко превратилось в тощего мальчишку с мешком.
— Кажется конкурент, — пробормотал Малак.
— А давай его напугаем, — предложил бестолковый Яс просто потому, что сам успел испугаться "умертвия".
Малак почему-то возражать не стал. Правда и пугать тоже не бросился, оставшись в компании мешков возле слив.
— Бу! — громко сказал Яс, подкравшись к увлеченно собиравшему картошку пацану.
А-а-а-а! — заорал мальчишка, схватил свой мешок и бросился наутек, причем в сторону Малака и слив.
Собаки отозвались дружным лаем.
А Яс, ожидавший менее бурной реакции, несколько мгновений постоял, а потом побежал следом.
Где-то недалеко стал громко ругаться мужчина, как на собак, так и на того ненормального пьяницу, который их растревожил. Попутно мужчина обещал вырвать кому-то ноги с руками и поменять их местами. Потом вообще что-то стало грохотать.
Мальчишка пронесся мимо Малака как ошпаренный. Яс остановился, схватил один из мешков, с хеканьем забросил его себе на спину и побежал следом, рассудив, что местный житель точно знает, где следует прятаться от других местных жителей. Малак покачал головой и поспешил следом, хотя послушать что еще наобещает пьяницам неизвестный мужчина очень хотелось, очень уж были обещания разнообразные. А вот закончился забег совсем уж неожиданно, причем в каком-то подозрительном овраге, заросшем лопухами, под которыми стыдливо прятались черепки и прочий мелкий мусор.