Вместе с ним пришли юстаэринцы, чьи терминаторские доспехи игнорировали испепеляющие залпы огня, и чья верность Абаддону не уступала прочности их брони. Хотя он мало кому доверял, кроме самого себя, он отдал свою жизнь в руки приближённых, не задавая вопросов, и они последовали за ним без колебаний.
Последняя группа воинов VII легиона удерживала двери в сенсорий. Их ослепило наколдованное Лайаком чёрное облако, в центре которого мерцали варп-энергии. Абаддон ринулся в темноту, не обращая внимания на редкие болты, взрывавшиеся на его доспехах. Мечом он снёс голову первому встреченному врагу, а кулаком отразил удар гладия второго. Мимо проскользнул раб клинка, вонзив подобные кинжалам руки в шею космического десантника, инерция атаки заставила их обоих исчезнуть во мгле.
Абаддон повернулся на звук тяжёлых шагов и выставил меч, встречая атакующего Имперского Кулака. Тот замедлился слишком поздно, наткнувшись на острие клинка. Абаддон шагнул вперёд, толкая меч, пока тот не вырвался из спины космического десантника. Абаддон освободил меч, одновременно заклинание Лайака исчезло и мрак рассеялся, и он направился мимо падавшего тела в широкий зал верхнего сенсория.
— Мы ослепим и их командиров, — сказал Лайак, спеша мимо и быстро осматривая помещение.
— Займитесь частотами орбитального ауспика, — приказал Абаддон легионерам в терминаторской броне, которые рассредоточились веером по залу. Судя по данным его сенсоров, остальные силы занимали позиции, чтобы обезопасить район от контратаки. В течение тридцати секунд сенсорий был окружён Сынами Гора.
— Сюда, первый капитан, — ответил один из его юстаэринцев, указывая на ближайшую консоль.
Лайак шагнул вперёд, его посох оставлял следы искр в тех местах, где касался окровавленного пола.
— Да, это идеально, — злорадно воскликнул колдун Несущих Слово. — Я направлю сущность Волька к ауспикам, чтобы замаскировать прибытие.
— А что с барьером Императора? — требовательно спросил Абаддон. — Я почти не видел, как ты что–нибудь делал, чтобы пробить щит, который защищает против Нерождённых.
— Эта работа продолжается. Все элементы должны собраться вместе, Эзекиль. — Лайак повернулся и посмотрел на первого капитана шестью светящимися глазами. — Боги с нами, и Абсолютная Погибель набирается сил. Наша работа здесь помогает более великому плану. Когда Дорн вынужден направить больше сил на оборону космического порта, его контроль над Внутренним дворцом ослабевает, его взгляд устремлён в другое место. Прогресс есть, пусть он тебе и не виден.
— Мы и так без твоей помощи уже почти захватили порт.
— Боги решат, когда падёт космический порт, и мы заявим об этом не минутой раньше. — Лайак вернул своё внимание к панели управления. Он достал изогнутый нож и начал вырезать символы в пластине корпуса терминала. Царапанье острия ножа подчёркивало его слова. — Когда мы направимся к Последней стене, ты снова проигнорируешь возвышенных примархов или они поведут легионы в последнюю битву?
— Фулгрим уже устал от штурма и отступил от предместья Львиных врат, — ответил Абаддон. — Ангрон бесцельно бесчинствует за стенами и Мортарион продолжает бомбардировки. Я вижу, что в их участии мало пользы.
— Гор и его вознесённые братья — избранники богов, они — воля Хаоса, обрётшая форму, — ответил Несущий Слово. Он отступил, глядя на свою работу. Руны мерцали мягким зелёным и тёмно-красным цветом. — Быть в их милости — значит быть в милости самих богов. Ты научишься уравновешивать эти силы, когда примешь свою судьбу.
— Если это моя судьба, то она случится вне зависимости от того, приму я её или нет, — прорычал Абаддон. — Ты, похоже, хочешь убедить меня, что я должен сделать выбор, сказав мне, что у меня нет никакого выбора.
Лайак ничего не ответил и некоторое время возился с терминалом ауспика, нанося ритуальные знаки на панель кровью убитых. Своим посохом он поджёг жидкости, и в огне заплясали символы, странные пересечения мистического и механического.
— Всё это было бы невозможно без покровительства богов, — сказал Лайак Абаддону, когда его ритуал был завершён. — Только их благосклонность может гарантировать победу.
— Ничто не может гарантировать победу.
— Без богов твои амбиции погибли бы в залитой пламенем хижине на Давине. — Абаддон впервые услышал нотки гнева в голосе Лайака. — Без богов звезда магистра войны взошла бы и упала, и даже тень его памяти затмила бы всё, чего ты достиг.