Голуба нарядно одетая, словно для праздника, вышла на крыльцо встречать дочь. С неба начинал падать первый снег, придавая воздуху особую свежесть и наполняя его хрустальной чистотой. Она с наслаждением сделала глубокий вдох. Зима пришла незаметно, тихим шёпотом, окутывая мир белоснежным покрывалом. Голуба смотрела на снежинки, кружащие в воздухе, и ей казалось, что время остановилось. Хотя в её душе всё было иначе: время остановилось двадцать лет назад, а сейчас оно вновь ожило. Её пронзительно ясные очи уставились вдаль, словно могли разглядеть сквозь расстояние, девушку с распущенными по плечам золотистыми волосами, идущую ей навстречу. Девушка уверенно шла вперёд, и молодой снег тихо поскрипывал под ногами, пока её губы еле слышно шептали:
— И кипела вода, и шипела вода,
И слова мои разносила она.
И в тумане холодном, и в ночи ледяной
Ты услышишь их, словно голос родной.
И забудешь о мире, о свете, о тьме.
Этот шёпот проникнет в сердце к тебе.
Затянут округу льды бытия,
Опутав природу оковами сна.
Не думая долго, ты пойдёшь вслед за мной
И уже не вернёшься домой…
Голуба широко улыбнулась, не скрывая своего счастья. Она знала, что с той стороны нельзя вернуться и нисколечки не измениться. Но её дочь снова была жива! Ведала, что за это придётся платить. Но в этот раз расплачиваться будут другие…
Дочь Настасьи так и не нашли. Да и не до неё всем стало, с начала зимы половина жителей Новограда загадочно и бесследно исчезла. Пропала и ведающая мать Голуба. Даже мёртвое тело Мышебора словно растворилось в воздухе.
Более ничего странного не случалось, и спустя какое-то время люди поуспокоились, но не надолго. Ровно до тех пор, пока не пришло время зиме уходить, а она не ушла ни весною, ни летом. На многие года над всеми окрестностями Новограда постоянной хозяйкой стала зима, и долгие годы её ледяное дыхание ощущалось повсюду.