Даже издалека было видно, какой развязался бой, и санитары уже ожидали прибытия раненых. Кингсли с радостью стянул со своей спины капитана Эдмондса и передал его на попечение санитаров. Эдмондс не мог говорить из-за большой потери крови, но он слегка сжал руку Кингсли и показал ему большой палец, прежде чем его унесли.
Кингсли любил похвалу и знал, что выполнил задание просто отлично, но благодарность Эдмондса не доставила ему ни гордости, ни удовольствия. Правда обрушилась на него с пугающей ясностью. Он вступил в ряды воюющих, он сражался. Он пожертвовал всем и отказался от своей жизни, пытаясь этого избежать, но это все равно случилось. Напрасно он убеждал себя, что убил немцев, защищаясь, что, не окажись он там, ему не пришлось бы защищаться. Конечно, он искал доказательство, но ради чего? Чтобы вынести смертный приговор? Смертная казнь грозила только одному заключенному, в то время как он, едва оказавшись в окопе, лично убил четырех человек. Он приказал бросать ручные гранаты. И бросил одну сам, швырнул взрывчатое вещество в полный людей метровой ширины коридор. Скольких он убил одним движением? По крайней мере, шестерых, возможно, больше. А скольких покалечил?
Кингсли брел по окопу, чувствуя тошноту от осознания своего поступка. Он убил человек десять немцев. Большинство полицейских не убивали такого количества людей за всю свою службу, а ведь он — борец за идею! Извращенная ирония случившегося привела его в ужас.
В этот момент его догнал солдат и уважительно обратился к нему:
— Сэр! Пожалуйста, сэр! Сэр, прошу вас!
Кингсли устало повернулся.
— Вы вытащили нас оттуда, сэр. Вы спасли половину отряда. Если бы не вы, нас бы там всех перебили, это точно. — Это был солдат, который подал ему гранаты. — Надеюсь, вы не обидитесь, если я скажу, что никогда больше не подумаю о полицейском так, как раньше.
Может быть, в этом его утешение, подумал Кингсли. Своего рода моральное спасение? Да, он помог английским солдатам вернуться обратно. В отряде было много профессионалов, но ни у кого из них не было полномочий отдать приказ об отступлении. Можно ли найти оправдание своим действиям в том, что он привел отряд обратно? Он убил немцев и спас англичан. Он сделал это, защищая себя и пытаясь раздобыть вещественное доказательство.
Но, несмотря на все усилия, он знал, что совесть его нечиста. Проанализировав случившееся со всевозможных точек зрения, он по-прежнему считал себя лицемером. Потеряв все ради принципа, он отказался от этого принципа для того, чтобы быть хорошим детективом и, возможно, чтобы доказать себе, что он не трус. Независимо от того, спасет он Хопкинса от расстрела или нет, кровь как минимум десяти немцев, невинных солдат этой нелепой войны, всегда будет на его руках.
43
Расследование продолжается
Снова оказавшись в резервном окопе, Кингсли долго сидел на перевернутом ящике из-под патронов. Он всерьез подумывал все бросить, немедленно вернуться в Англию и принять любые последствия. Однако постепенно его мнение изменилось. Сыграл свою роль тот самый довод, который руководил всеми его поступками. Логика. В конце концов, немцы погибли; какой смысл бросать из-за них свое расследование? Он добыл доказательство, постарался как мог. Если он это доказательство не использует, получится, что убитые им немцы погибли напрасно. Пуля, лежавшая у него в кармане, была выпущена из оружия, которое сейчас считается орудием убийства виконта Аберкромби. Он полицейский, и он обязан удостовериться, так ли это.
Именно так рассуждал человек, который в глубине души знал, что никогда не сможет бросить расследование. Как только дело попадало ему в зубы, отказаться от задания он был не в силах. И поэтому, вместо того чтобы вернуться обратно в Англию, он направился на поиски командира Аберкромби, полковника, который накануне вечером, после представления, обращался к собравшимся на банкете.
Кингсли уже знал, что у полковника Хилтона где-то в миле за линией фронта, за пределами зоны поражения тяжелой артиллерии, на разрушенной ферме располагался штаб. Он устало тащился обратно по Менинской дороге, пока не нашел то, что искал. Уже близился рассвет, и полковник только что получил новости о нападении на окоп. Поэтому Кингсли здесь, к его удивлению, встретили как героя.