Коллапсу в голове бедного парня не позволил случиться Джерри - мышонок каким-то образом сумел замурлыкать от получаемого удовольствия, сбив тем самым все мысли Антона. Тот уставился на источник звука и понял, что пока размышлял обо всём, его рука на автомате начала поглаживать, а затем и почёсывать пушистика, что тому было даже не в радость - откровенно в кайф.
Не став прерывать «приручение», Антон всё же вернулся к подведению итогов и суммированию новой информации для выстраивания полноценной картины мира и всех его персонажей.
/ На чём я остановился… Ах да, Совиратель. Всё что связано с другими мышами и артефактами, которые ещё упоминал в качестве сломанных мной вещей Миракл, лучше спрашивать у самого учёного - Джерри разбирается в этом не намного лучше меня, просто принимая как данное. Так же дело обстоит и с личностью Совирателя, и с природой, а также составляющей данного бункера, и с произошедшим с миром катаклизмом-аппокалипсисом - Джерри только недавно исполнился год, а когда он впервые осознал себя и начал исследовать мир вокруг, тот уже был таким, каким мышонок или я вижу его сегодня. Даже мутанты-монстры существовали уже тогда. Что значит, что либо прошло аж несколько десятков, или даже столетий, из-за чего один год тут ничего не стоит, либо здесь завязана очередная аномалия. В любом случае, к сожалению, Джерри в плане информации мне тут больше не помощник, всё что мог, я уже у него узнал. / - Хмурился Антон, понимая, что разговора с Совирателем не избежать. И ему уже не верилось в то, что учёный настолько добрый и пушистый, каким хочет казаться. Всё таки, столь глубокое погружение в различного рода эксперименты не могло не сказаться на его восприятии мира и моральных ограничениях. Последние, по идее, у него и вовсе атрофировались, за ненадобностью. Так что с ним нужно держать ухо востро.
/ Но есть и плюсы. Джерри всё же на моей стороне - что бы он ни пищал, по его счастливой и довольной мордочке всё видно, ведь с Совирателем он ведёт себя гораздо более холодно, а, сидя на моём плече, мышонок так и вовсе не обращал на него внимания. И учёный в этом отвечал ему взаимностью. Что значит, что в моей команде действительно пополнение. И это просто замечательно - даже в старом мире в одиночку действовать было сложно, а тут, уверен, добиться результатов можно только работая сплочённой командой. Тот же Совиратель. Миракл упоминал, что в начале их пути им было весьма несладко. А сейчас у него есть мыши, которые выполняют, как я понял, абсолютно всю грязную работу. Может даже и с монстрами разбираются именно они - эксперименты для Совирателя гораздо важнее, он только и делал, что говорил про них, расписывая их плюсы. И это только подтверждает мою теорию, а также увеличивает ценность такого умного мышонка. Осталось только его натренировать, найти и выпросить пару артефактов у Совирателя под него, чтобы повысить боевую мощь и всё, будет полноценный член команды! И тогда останется только отдать долг учёному, чтобы спокойной отправиться искать отца, а также друзей. В первую очередь, конечно, отца - друзья у меня не лыком шиты, точно не помрут, как никак, столько боевых точек вместе прошли, уж кто как не я знаю, на что они способны. А вот папа не настолько опасен и могуч - путь науки он выбрал именно из-за мировоззрения пацифиста, что в новом мире может сыграть против него… /
Неожиданно размышления Антона прервал громкий удар в дверь, за которым чуть позже последовал ещё один. Парень подорвался с кровати, по пути аккуратно сбросив Джерри на подушку, после чего мигом оказавшись у входа. Когда он её аккуратно открыл, то увидел большого мышонка, разбегавшегося, чтобы протаранить головой дверцу, тем самым своеобразно постучавшись. К спине зверька был привязан странный широкий и завёрнутый внутрь себя круг из проводков и деревяшек, со сверкающим металлическим прямоугольником по центру.
Доставщик запищал и развернулся спиной к Антону, призывая что-то сделать со штуковиной на спине. Парень склонился над странным агрегатом и стал размышлять, чего же от него хотят, как вдруг круг начал громко звенеть и сильно трястись. Тут Антону сразу стало понятно, что это за предмет. Он взял прямоугольник в руку и приложил его к уху, спросив: