Многие фригидные женщины (и страдающие импотенцией мужчины) получают больше радости и удовольствия от секса после выпивки. Это происходит оттого, что алкоголь притупляет первичную боль, и ослабляет силу нереальных потребностей. Вспомним, что потребность в нереальной системе зашиты нужна для подавления первичной боли. С ослаблением боли отпадает нужда в ее подавлении. Когда же подавление отсутствует, организм получает большую свободу действий. Что это означает? Это означает, что ослабляется ментальный контроль телесных чувств. К несчастью, алкоголь притупляет и половое чувство, поэтому оно становится не таким ярким, каким могло бы быть.
Секс — это чувство тела, а не средство контроля над ним. Если в организме удерживаются старые чувства, то свобода означает именно высвобождение этих чувств, прекращение контроля. Некоторые женщины в постели превращаются в «тиг
риц» — они начинают кусаться и царапаться, ошибочно полагая, что это есть проявление сексуальной страсти. Это действительно страсть, но отнюдь не сексуальная. Это подавленная ярость, вырывающаяся на волю, когда тело начинает испытывать чувство. Мы снова убеждаемся в том, что чувство обладает свойством «все или ничего». Если человек чувствует, то он чувствует все. Для некоторых невротиков секс наполовину состоит из насилия. Вероятно совмещение секса и насилия во многих кинофильмах и рекламных роликах не является случайным. Но подавляется не обязательно насилие. Некоторые женщины плачут после полового акта, чем выражают свою подавленную печаль. Но какова бы ни была природа подавленной первичной боли, человек неспособен испытать полное сексуальное чувство и наслаждение до тех пор, пока эта боль не будет устранена.
Половая холодность является нарушением не только сексуального чувства, это нарушение способности чувствовать вообще. Свобода чувства означает свободу сексуального чувства в том числе. Быть чувственно подавленным — это значит быть зажатым и в сексуальном отношении — даже в тех случаях, когда половая функция кажется не нарушенной. Когда женщина приходит на лечение и утверждает, что ее беспокоит одно только половое расстройство, мы вскоре выясняем, что у нее есть другие страхи и подавленные чувства. И наоборот, если человек обращается к психотерапевту с другими расстройствами, мы обязаны заподозрить у него сексуальные нарушения. Проблема не может касаться лишь части нашего организма, так как все его части связаны, а их функции взаимообусловлены.
Когда в прошлом я, работая психотерапевтом и придерживаясь рутинных методов, сталкивался с фригидными женщинами, я помогал им понять природу их пуританских наклонностей и советовал изменить технику секса. Но это приносило им мало пользы. Испытывание чувства боли во время первичного состояния излечивает сексуальные расстройства без обсуждения техники секса. Путь к влагалищу не проходит через голову.
У невротика в душе такой завал старой боли, что никакая словесная информация не может заставить его тело нормально чувствовать. Следовательно, всякая сексуальная информация
останется чисто ментальной до полного освобождения и раскрепощения тела.
Много лет назад мне пришлось заниматься женой врача, которая периодически убегала из дома в расположенный неподалеку лагерь сезонных рабочих, где она занималась сексом с пятью–шестью мужчинами. Так она искала мужчину, способного заставить ее испытать сексуальное наслаждение. Но ни один мужчина не мог этого сделать, так как все ее чувства были выключены ею же самой. И, следовательно, только она сама могла вернуть себе способность чувствовать. Несмотря на то, что это была интеллигентная женщина, осознававшая, насколько бесплодными и опасными были ее отлучки в лагерь, несмотря на то, что я неоднократно говорил ей, что они означают на деле, ничто не могло ее остановить. Внутри нее сидела потребность, которая беспощадно гнала ее на поиск «приключений». Знание опасности, понимание причины поступков не останавливали ее, так как неудовлетворенной оставалась первичная потребность. Она хотела одного — хоть что‑то чувствовать.
Полагаю, что большая ошибка думать, что свободное сексуальное просвещение, основанное на таком просвещении изменение отношения к сексу и официальное декретирование нового отношения, способны решить проблему половых нарушений и расстройств. Неважно, насколько образован и подкован человек, неважно, насколько раскрепощенным он себя считает в вопросах секса, расстройство будет существовать до тех пор, пока в новое отношение не возникнет само в недрах организма, возникнет на основе пережитого самостоятельного чувства.