Выбрать главу

- Слушай, ты же сказал, что хранители живут в двух мирах одновременно. – Василь кивнул, а я продолжила: - То есть получается, я смогу вернуться домой?

- Ты, кажется, не поняла, - теперь у тебя два дома. Один в этом мире, другой – в техническом. И да, - сможешь конечно.

- Подожди, а если я не хочу быть ведьмой?! Я домой хочу!

- Она не хочет! Поглядите-ка на неё, - раздался в моей голове ехидный кошачий голос. Видимо, он решил перейти на мысленное общение. – Таисия, тут никто не будет спрашивать хочешь ты или не хочешь быть хранителем. Им нельзя стать по собственному желанию, можно только родиться. Ты родилась в древнем колдовском роду. Твоя бабушка была выдающейся хранительницей! Впрочем, не мне о ней рассказывать. Чтобы вернуться в технический мир нам с тобой нужно найти специальное заклинание, находящееся, вероятно, находится в доме Аглаи Степановны, твоей бабушки, который находится в этом мире.

Я вздохнула и прикрыла глаза, страстно желая оказаться сейчас в своём мире, и чтобы всё это оказалось просто сном.

- Слушай, а ты не знаешь где находится этот дом? Ты же этот самый…Фамильяр. – с надеждой уставилась я на представителя семейства кошачьих.

- Нет, к сожалению, не знаю, - он нервно дёрнул хвостом. Я приуныла, а кот продолжил – Но зато я знаю, кто может нам помочь.

- Ну так познакомь меня с ним, - тут же оживилась я.

- Не всё так просто, его для начала нужно просто найти. И если хочешь общаться со мной, то говорить вслух вовсе не обязательно. Просто проговаривай слова про себя. Так нас никто не подслушает.

- А он вообще кто? – Спросила я, но уже про себя.

- Его зовут Феофил-Чарльз-Варфоломей-Христофор Диас. Диас – это фамилия. – На всякий случай добавил котяра.

- Ну и имечко, - присвистнула я.

- У него мать был весьма оригинальной и эксцентричной ведьмой. Любила всё необычное. Отсюда такое имя у её сына. Но он предпочитает, чтобы его звали просто Феофилом. Он учёный и профессор. Преподаёт астрономию в Высшей школе магии. Школа находится в столице империи, - добавил Василь, поймав мой вопросительный взгляд. – Феофил был очень хорошо знаком с Аглаей Степановной, и он наверняка знает, где она жила.

- Василь, твой отец был её фамильяром. Неужели он тебе ни разу не рассказывал, где жил?

- Не всё так просто, Таисия, - строго посмотрел на меня кот. – Дом хранителя — это секретное место, о котором не положено знать кому попало. Хранитель сам выбирает, кому открыть место нахождения пристанища, а кому – нет. Папа и Аглая Степановна хотели, чтобы я иногда приходил к ним в гости. Но только после того, как закончу школу фамильяров. Да, не удивляйся, и такая тоже существует. – У меня уже не было сил удивляться, - слишком много всего разом навалилось на меня. – Но я так и не успел сходить к ним в гости. Мой последний выпускной экзамен пришёлся на день их смерти.

- Они умерли в один день?

- Тая, - начал кот ласково, - волшебник и фамильяр умирают одновременно, - они просто не могут жить друг без друга. Если убит один, то и второй уже мёртв. – Слишком печально закончил кот.

Я молчала. По спине табуном пробежали мурашки. Вероятно, от холода. Беседуя с котом, параллельно офигевая от происходящего, я совсем потеряла счёт времени: наступала ночь, солнце уже на одну треть скрылось за горизонтом. Мимо пролетела летучая мышь. До меня дошло, что мы всё ещё находимся одни в глухом лесу и я решила поинтересоваться у кота, знает ли он где мы и ближайший населённый пункт. Получила отрицательный ответ.

- Слушай, Василь, что самое худшее с нами может случиться ночью в лесу? – Спросила я, поднимаясь с земли и отряхивая джинсы. Кот тоже встал, потянулся и ответил:

- Хороший вопрос. Ну, на нас может напасть кто-нибудь.

- Но ты же видишь в темноте, - мы сможем сбежать. – Кот одарил меня скептическим взглядом. Я, на всякий случай, добавила - У меня хорошая физическая подготовка.

- Зря ты на это рассчитываешь. Нечисть отлично видит в темноте.

Вот блин, о различной живности сомнительного происхождения, обитающей в этом мире, я как-то не подумала.

- Так, ладно, сейчас нам нужно понять, куда идти.

- Пошли по тропинке, на которой сидели, - авось к людям и выйдем.