- Работа? Зачем тебе работа?
- Как зачем? – от удивления я даже немного поперхнулась, так что конец фразы вышел глухой. – Чтобы деньги были, чтобы я летом могла на полную катушку отрываться!
Мама очень плохо сдерживала улыбку. Да и сидела как-то очень ровно, иногда немного переминаясь, будто от нетерпения.
- Мам, что случилось? – выглядела она сейчас действительно странно.
- Я думала тебе раньше сказать, но ты все задерживалась. Помнишь тетю Люду Михащенко?
- Да, конечно помню, - еще бы не помнила. Именно эта добрая женщина помогла маме устроиться на ее первое место работы, мало того, всячески пыталась сгладить все проблемы, которые у нее возникали из-за неопытности. Пару раз тетя Люда выбивала мне путевку в детский лагерь «Василек». А что-то вытрясти из их профсоюза – большое дело. Видимо, тетя Люда увидела в маме то ли дочь, которой у нее никогда не было, то ли вспомнила себя молодую, когда девочке без связей в городе можно было надеется только на свои силы и настойчивость. – А что у тети Люды?
- Все у нее замечательно. Растит свою рассаду томатов, а еще пытается накормить пирогами своего соседа на даче, – улыбается мама. – Она мне сегодня звонила, ну ты знаешь, часа два с ней проболтала в итоге. Так вот, жалуется она, что у нее уже нервы все на работе вымотали, а под дудочку чиновников каждый раз скакать да выкручиваться во время проверок уже возраст не позволяет.
- Ну да, сколько ей лет то уже? Под семьдесят? – пытаюсь вспомнить, когда последний раз была на дне рождения тети Люды.
- Не перебарщивай. Ей всего шестьдесят один.
- Да?
- Да! Так, ешь молча, а то подавишься. В общем, на пенсию она хочет уйти. У нее контракт истекает, так вот она решила его не продлевать. Годы уже берут свое, а здоровье не вечное. Нужно уже и о себе позаботиться. Жить в кои-то веки в свое удовольствие
- Мг, - мычу в ответ.
Тут мама просияла, глаза заблестели, плечи расправились, словно за спиной появились крылья.
- Мам, так что случилось? – никак не доходит до меня.
- В общем, она предлагает мне устроиться на ее место в двенадцатой поликлинике. Стать главврачом! – огорошивает мама.
- Ничего себе… - я пытаюсь осмыслить, что все это значит. – И что потом будет?
- Потом будет счастье! Зарплата в три раза больше моей! В три! – радуется мама. – Все обязанности мне знакомы, я не раз была и.о. главврача. Теперь будем жить и не тужить! В отпуск будем ездить за границу, не нужно будет считать эти копейки, ремонт сделаем наконец-то! Если хочешь, фотоаппарат тебе новый купим, – сияет мамочка.
Если честно, то я не могла поверить в такую удачу. Всю свою жизнь мама работала, не покладая рук. Всегда всего добивалась трудом, упорством.
- Я, конечно, сказала, что подумаю до пятницы, но тетя Люда сразу поняла, что это ради приличия. Завтра буду договариваться со своим начальством, чтобы они меня спокойно отпустили. А то еще могут заставить дорабатывать до конца моего контракта, - рассуждает вслух она.
- А когда он заканчивается?
- В августе, как раз перед вступлением в новую должность, если подумать, но я хочу лето все на даче провести, - снова выдает неожиданную мысль мама.
- Ничего себе! А не жирно тебе будет четыре месяца отпуска? А за чей счет мы жить будем?
- Ну, ты же собиралась на работу устроиться, - острит мой предок.
- Что?! Ты хочешь, чтобы я нас все лето тянула? – не верю, что мама может так со мной поступить.
- Ева, ты шуток уже не понимаешь? Я просто шучу. Во-первых, не четыре, а три месяца: ближе к концу мая хочу уйти. Во-вторых, у меня отпуска полтора месяца есть, я же не весь прошлогодний потратила, то есть полтора месяца остается неоплачиваемых. А в-третьих, не такие мы уже и бедные. Кое-какие сбережения имеются, чтобы спокойно это время прожить. Плюс ко всему, мне на даче много денег не нужно. Все что нужно кроме кофе и бананов само вырастет, - заканчивает мама.
Я начинаю вытирать кусочком хлеба соус с тарелки. Смакую остатки ужина. А внутри мозг лопается от непонимания происходящего. Столько вопросов в голове, что я даже не могу понять, за какой-то конкретный ухватиться. Но кое-что все-таки смущает меня больше всего.
- Так что я тут одна буду жить все лето?
Мама уставилась на меня, словно не поняла вопроса.