Да, я старалась его спровоцировать. Дразнила его. Потому что была вынуждена задать тот вопрос, несмотря на то, как сильно мне не хотелось узнавать правду о Риве. Это была лишь последняя отчаянная попытка узнать, что случилось с Эмбер. И что могло случиться со мной.
— Это было наше негласное соглашение. Не веди себя так, будто... — Он вдруг замолчал. — Что ты делаешь?
Я бросила майки в чемодан.
— Собираю вещи.
— Ох, ради всего святого. Почему?
— Я поняла, что это бессмысленно. — Я сгребла все свое нижнее белье в охапку.
— Перестань собирать вещи.
— В нашем «соглашении» нет смысла. — И вновь вернулась к кровати.
— Перестань собираться. Ты никуда не уйдешь. — Рив переступил порог, но ближе не подошел.
Я остановилась и взглянула на него.
— Собираешься мне помешать?
Он ничего не предпринимал, поэтому я продолжила собираться.
— Я сказал перестань собирать вещи. — Рив крепко схватил меня за руку чуть выше локтя.
Все мое белье упало на пол, вместо чемодана, когда я повернулась к нему и схватила его за предплечья.
— Заставь меня, Рив. Ты же можешь. У тебя есть возможности. Возможности делать все, что пожелаешь.
Он очень легко мог заставить меня остаться. По правде говоря, нужно было только попросить.
— Я не собираюсь этого делать. Ты останешься, если сама захочешь. Я не буду заставлять. — Он отпустил меня, точнее оттолкнул, и все мои тайные надежды на отношения с Ривом рассыпались прахом. Эти надежды были спрятаны на самую высокую полку, и я притворялась, что их вовсе не существовало. Вот только теперь они обрушились с этой полки прямо мне на голову.
— Так я и думала. — Я отвернулась от Рива, чтобы он не увидел в моих глазах слезы, и наклонилась, чтобы поднять с пола белье.
— Ты должна сама решить остаться, Эмили. — Он не двигался. Просто продолжал стоять позади меня. — Я уже удерживал однажды кое-кого силой. Больше не буду этого делать.
Я взглянула на него.
— Что значит удерживал?
Он открыл рот, чтобы рассказать, но потом покачал головой.
— Не собираюсь отвечать. Я уже все сказал. Делай что хочешь. — Рив развернулся и вышел из спальни.
О, черт, нет. Он ушел, а ведь, возможно, говорил об Эмбер. Но не по этой причине я хотела услышать больше, а потому, что Рив впервые поделился со мной чем-то по-настоящему важным. Это было сродни получить дозу. И мне, словно наркоманке, хотелось получить еще. За это стоило сражаться.
Поэтому я буквально вылетела в коридор.
— Да ты чертов трус.
Рив остановился перед дверью в свою спальню и медленно повернулся ко мне.
— Что?
— Что слышал. — Я шагнула к нему. Всего один шаг. Потому что я, конечно, была храброй, но все же не настолько. — Ты оставил это решение за мной, потому что не хочешь нести ответственность за то, что между нами происходит. Это черты не властного человека, а труса.
И теперь я поняла, что в этом заключалась истинная причина нашего спора. Не в его невиновности или вине. Проблема была в нас. В наших отношениях. В том, что происходило между нами. И как бы тяжело ни было в этом признаться, было что-то вдохновляющее в том, что Рив сражался со мной так же неистово, как и я с ним. Будто для него это тоже важно.
Прищурившись, Рив шагнул ко мне.
— Ты надо мной издеваешься?
А может, ему просто не нравилось, когда его провоцировали.
Нет. Думаю, дело было не только в этом. Я опустила руки и сжала кулаки, надеясь, что храбрость, которую я стремительно теряла, дойдя до кончиков пальцев, скользнет по руке обратно в сердце. Своеобразный замкнутый круг.
— Я говорю как есть. Ты несешь ответственность, Рив, хочешь того или нет. Это из-за твоего поведения я сомневаюсь в том, какой ты на самом деле. Ты ответственен за все то, во что заставил меня поверить. О нас в том числе.
От злости его глаза округлились.
— О нас? Я никогда...
Едва сдерживая ярость, я многозначительно подняла указательный палец, заставив его замолчать.
— Только посмей закончить это предложение. Потому что ты это сделал. Говоришь одно, но поступками демонстрируешь совсем другое. Убеждаешь, что я для тебя не особенная, а потом делаешь все, чтобы я почувствовала себя значимой. Мне это надоело. Я могу принять любую реальность, но должна знать, какая она. Ты хочешь, чтобы я решила, остаться мне или уйти? А давай поступим так: либо ты определяешься, кто я для тебя, либо я ухожу.
Мы зашли в тупик, когда я поставила этот ультиматум, и потому просто стояли и мерили друг друга тяжелыми взглядами. Я не намеревалась его произносить, но теперь, когда слова все же сорвались с моих губ, собиралась отстаивать их. Мы оба знали — я принадлежала Риву. Но я для него либо игрушка, либо ценный приз. И я хотела, чтобы он принял решение.