А во-вторых, он сказал, что нечасто готовил для кого-то. О чем это говорило? Я солгала, когда сказала ему, что знала о том, что не особенная. Слишком много признаков, что я, может, и не особенная, но точно могла бы стать ею. Ну, как минимум в спальне. А вот вне ее... не уверена.
И что насчет Эмбер? Она тоже думала, что особенная? Была ли она таковой?
Может, это и к лучшему, что он прервал мои вопросы, потому что на некоторые из них я не хотела знать ответы.
Я устало вздохнула и ждала с благодарной улыбкой, когда Рив поставил передо мной тарелку и еще одну рядом. Потом принес приборы и салфетки и положил их рядом, затем сходил за чашками и кофейником.
Пока он наливал мне кофе, я кивнула на газету La Tribune, лежащую на стойке. (Примеч.: La Tribune ― французская еженедельная финансовая газета, основанная в 1985 году).
― Газета?
― А что не так?
― Да ничего. Не считая срубленных деревьев. Добро пожаловать в современный мир, Рив, где ты можешь прочитать новости с помощью экологически безопасного девайса под названием айпад.
Он выразительно покачал головой.
― Это не одно и то же.
― Согласна. ― Я сделала глоток кофе. ― Это лучше.
― Мой отец любил читать газеты, ― сказал он, располагаясь на стуле рядом со мной. ― Со временем мои воспоминания о нем становятся расплывчатыми, но я до сих пор помню, как он читал воскресную газету. Это было неизменным. И я буду выписывать ее до тех пор, пока она будет выпускаться.
― Забираю свои слова назад. Я сучка. ― Я ведь не могла этого знать, но все равно почувствовала к себе отвращение, закидывая в рот кусочек фриттаты. ― Вот черт. Это потрясающе, Рив.
― На здоровье. Рад, что тебе понравилось.
― Спасибо, что приготовил для меня, ― сказала я. Лучше поздно, чем никогда. ― Где такой парень, как ты, мог научиться готовить?
― Бабушка научила. Она считала, что каждый порядочный грек должен уметь хорошо готовить.
Он говорил о своей семье с любовью, даже благоговением. Мне почему-то показалось, что Рив рассказал бы даже больше, если бы только я попросила. Была информация, которую можно было извлечь из подобного разговора, но я не могла заставить себя спросить. Потому что использовала бы ее для определенной цели. И хотя это входило в мои намерения, казалось неправильным осквернять подобные воспоминания.
Поэтому я сказала:
― Ты можешь кормить меня, когда захочешь.
― А сейчас можно? ― Он потянулся к моей тарелке и взял дольку апельсина. ― Открой рот. ― Когда я послушалась, Рив вложил дольку в мой рот, но не отпустил, просто придерживал ее указательным и большим пальцем. ― А теперь соси.
Я скользнула языком вдоль дольки и начала сосать и фрукт, и его пальцы, пока они не стали мокрыми и скользкими. Прямо как у меня между ног.
― Нужно запомнить это на будущее. ― Его голос стал более хриплым, чем пару мгновений назад.
― Пожалуйста, запомни.
Когда мы принялись за завтрак, Рив потянулся за газетой. Судя по всему, он предпочитал есть в тишине, поэтому я решила не мешать ему и взяла газету со светскими новостями.
― Ты сейчас ходишь на кастинги?
Я повернула голову к Риву. Он искоса наблюдал за мной.
― Нет. Популярность нашего шоу набирает обороты. Так что меня пока все устраивает. ― Можно сказать, я даже довольна. По крайней мере не бедствую. И, кроме того, карьера для меня сейчас не на первом месте.
Рив промычал что-то, вновь вернувшись к своей газете. Возможно, мой ответ показался ему скучным, но я услышала какую-то странную интонацию. Если он хотел что-то сказать, я жаждала это узнать.
Я повернулась к нему всем телом.
― Не одобряешь? Учитывая, с какими женщинами ты встречался до меня, наверное, тебе стыдно быть замеченным с той, которая всего лишь озвучивает голос робота в каком-то шоу.
Рив неодобрительно взглянул на меня.
― Не надо этого делать. Ты не такая девушка.
Что он имел в виду? Мне хотелось спросить. Возможно, он имел в виду, что я не похожа на Эмбер…
Рив опустил газету.
― Просто мне кажется, что ты не очень довольна своей ролью в шоу. Когда ты говоришь о ней, это звучит уничижительно.
Я уже хотела начать опровергать это, но не смогла. Я вздохнула.
― Да, не о таком обычно мечтают. Но это шоу ― хит. И в следующем году продюсеры планируют вывести меня на экран, а не просто записывать мой голос.